Я вздохнул.

– Раз ты так считаешь. К сожалению, вынужден откланяться.

– Спокойной ночи, сладкий. Жаль, что нам нельзя переночевать вместе.
– Она ласково улыбалась мне, но не подходила. Чужой лик отталкивал жену почти также, как настоящий - большинство других тэнкрисов.

– Спокойной, прелесть.

Путь до Бхакура занял несколько суток беспрерывного плавания, и о приближении к точке назначения команда узнала заранее, - саргассовые острова действительно неслабо так пованивали во влажном жарком климате юга.

Дело шло к вечеру, и наш корабль приближался к Бхакуру, стараясь не попадаться на глаза командам нескольких военных кораблей, "приглядывавших" за островом издали. У Бель была веская причина сторониться их, ибо "Торопыга" являлся недавно арестованным контрабандистом, описание которого всё ещё имелось у многих охотников за головами. Быть остановленным и доказывать кому-то, что ты не ратлинг в непосредственной близи от острова нам совершенно не хотелось. Впрочем, когда прямо по курсу из вечернего тумана вынырнул хищный силуэт кель-талешского крейсера, курс мы не сменили.

– Спокойно, тан эл"Комрамал, - усмехнулась моя жена.
– Это "Амадас Трэйс". Как только я узнала место нашего назначения, отослала Кларе приказ идти сюда, именно на эту позицию, чтобы обеспечить нам подход. Ну, и силовую поддержку тоже, в случае необходимости.

Вскоре Ингер Прет получил с крейсера сообщение о том, что "Маюкан" уже долгое время стоит на якоре. Островные монтажники его не ремонтируют, а большая часть команды находится в увеселительных заведениях Бхакура.

– Где капитан Харгас не сообщили?

– Вы слишком многого хотите от тех, кто не может покинуть борт корабля, дабы не вызвать лишних подозрений, - ответила Бель.

– Прошу прощения. В таком разе начинаем действовать немедленно. Времени у нас мало, а права на ошибки, - нет вообще.

"Торопыга", не вызывая лишних подозрений, подошёл ближе к острову и замер на тёмной воде. По очевидным причинам суда с винтовыми двигателями не очень уверенно шли по саргассам, коих вокруг росло бесконечное множество, и посетителям Бхакура приходилось бросать якоря загодя, а к самой "суше" они добирались на шлюпках. Правда, когда береговым смотрителям стало ясно, что мы не торопимся высаживаться, к нам послали небольшую лодчонку с мытарём, который получил небольшую плату за "постой".

От помощи квартердек-мейстера мы отказались, хотя кель-талешская морская пехота [род войск, изобретённый именно в Кель-Талеше и ставший прототипом аналогичных подразделений во флотах иных держав] приобрела в мире довольно грозную славу. Мне хватало Себастины и Адольфа, чтобы совершить рейд на "Маюкан", а Инрекфельце, засевшая на командной рубке "Торопыги" с новейшей снайперской винтовкой и вовсе обеспечивала лучшее прикрытие, чем целая рота морских пехотинцев. Даже, несмотря на туман.

Мы с Адольфом переоделись в узкие бриджи лёгкой ткани, которая не стесняла движений и не тяжелела, напитавшись водой; к правому бедру и левому плечу были привязаны ножны с, собственно, боевыми ножами. Себастина облачилась в нечто похожее на обычный женский купальник, закрывавший тело от шеи до колен, только на бёдрах её утвердились мясницкие тесаки.

– Надеюсь, вы не будете против, если я присоединюсь?

– Судя по тому, что вы уже готовы нырять, тан эл"Гайна, я действительно не против, - ответил я.

Альбинос натянул точно такие же бриджи, как у нас, только оружия брать не стал. Я осмотрел его торс, оценивая количество шрамов; сквозь штопанную-перештопанную шкуру проглядывались лишь сухие мышцы да жилы. Хотя на фоне меня эл"Гайна казался мелковатым, Адольф тоже оценил его потенциальную опасность.

– Может, вам всё-таки стоит вооружиться?

– Я всегда вооружён, тан эл"Комрамал, - улыбнулся контрразведчик, глядя куда-то мимо меня.

Повторив на всякий случай, что цель нашей вылазки состоит в проникновении на борт "Маюкана" и установлении местонахождения Харгаса, я первым нырнул в неожиданно прохладную воду. Техникой бесшумного плавания владели все четверо, так что к борту корабля мы подобрались незамеченными, преодолев часть пути под водой. Самым тяжёлым оказалось не запутаться в саргассах.

Вскарабкавшись по якорной цепи, я дождался остальных и некоторое время провисел на краю фальшборта, прислушиваясь к своему Голосу.

– На судне почти никого нет, полтора десятка разумных и только. Помните, нам нужно обезвредить их быстро и тихо.

– Как два пальца поломать, - отозвался Адольф, висевший рядом со мной.

Мы подтянулись и вместе перевалились через фальшборт. "Маюкан" оказался большой, но старой посудиной, кое-как бронированной, кое-как вооружённой, но зато вместительной. Нам потребовалось около четверти часа, чтобы добраться до всех и каждого членов экипажа и вывести их из строя бескровным не летальным путём. Затем Себастина просигналила "Торопыге" фонарём, и наш корабль подошёл к захваченному.