– Да, он не отрубил ей конечности, но все равно убил так, что она была рада умереть, а потом засунул её тело в коробку и обернул рождественским бантом.

– Тогда почему он переключился на других, когда именно я должен был стать его следующей целью?

Джек вздохнул, отошел от стола, на котором лежало изумительное мертвое тело, обернулся к Уиллу и недовольно бросил:

– Только недоразвитые дети ещё не знают, с кем ты сейчас живешь. Скажу больше, об этом судачат на разный манер, не скупясь на детали. К тому же в городе появился второй Лектер. Думаешь, кто-то в здравом уме посмеет приблизиться к тебе?

Джек хмыкнул, его взгляд уловил отметины на шее подчиненного. Грэм плохо их замаскировал даже тяжелым длинным шарфом.

– Уилл, - Джек сделал несколько шагов по направлению к Грэму. – Мне откровенно плевать, с кем ты спишь. Пусть даже с самим дьяволом и его родным братом – это твоя жизнь. Я прекрасно помню твою лекцию, где ты с воодушевлением рассказывал студентам о том, как Ганнибал Лектер почти пять лет водил за нос флорентийскую полицию, а потом ушел, не оставив никаких улик. Меня это ещё тогда поразило.

Джек положил руку на плечо Уилла, и крепко сжал:

– Повторюсь: это не мое дело. Нравится быть невестой Сатаны – пожалуйста, пока тот подчиняется моим правилам. Но в этом деле даже он не может поймать за хвост этого убийцу.

– Что мне сделать?

– Мне нужна охота на живца, - Джек похлопал Грэма по плечу. – Он придет за тобой. И мы его схватим.

Уилл перевел взгляд на Джека:

– Я вернусь домой.

– Ты вернешься домой, - похвалил его Джек. – Определись и дай мне знать. До следующего убийства у нас осталось не так много времени – он привык убивать раз в месяц. Ты и сам должен это понимать.

– Я знаю, - процедил Уилл. – Если на этом все, я хочу вернуться домой.

– Это уже твой дом? – Джек не упустил шанса поддеть подчиненного. – Ваши отношения развиваются стремительней, нежели мы думали вначале.

– Мы?

Джек застыл на пороге дверей, ведущих из морга:

– Мы просто делали ставки.

– И сколько же ты проиграл?

Кроуфорд неоднозначно пожал плечами:

– Семьдесят долларов.

Когда Уилл услышал звон разбивающейся посуды и звуки борьбы, он мгновенно выхватил пистолет.

Он не ожидал увидеть сцепившихся братьев. Видимо, драка продолжалась уже длительное время: черенки от разбитых чашек и тарелок устилали пол, кое-какая мебель была разломана в щепки.

Близнецы взяли минутный перерыв. Тяжело дыша, буравили друг друга звериными взглядами, вытирая кровь с разбитых губ и носов.

– Объяснять будете? Или продолжите крушить мебель? – Уилл без лишних разговоров снял оружие с предохранителя.

Ганнибал отвлекся на Уилла, и Найджел тут же схватил с подставки нож для заточки карандашей и метнул его в брата. Но Ганнибал увернулся, осклабился, жадно втягивая в себя аромат крови.

Грэм убрал оружие, сунул его обратно в кобуру:

– Не убейте только друг друга.

Когда Уилл поднялся на второй этаж и с силой захлопнул за собой дверь, братья резко перехотели грызть друг другу глотки.

Найджел уселся прямо на пол, прислонился спиной к стене и, пошарив по карманам, нашел мятую пачку. Сигареты тоже изрядно помялись, но он нашел относительно целую, сунул ее в рот. Только прикуривать не стал, покосился на брата, который подобрал нож, что едва не угодил ему в плечо, и погрозил им близнецу.

– Не играйся с этим. Холодное оружие – моя прерогатива.

– Я не понимаю, какого хуя ты все то затеял, - Найджел сжал фильтр зубами. – Если не планировал делиться?

Смятая сигарета смешно прыгала, пока он пытался говорить внятно, кадык то и дело прокатывался по горлу вверх-вниз.

– Мне было интересно, - Ганнибал пожал плечами. – Захочешь ли ты его так же, как я.

– Ну, заебись.

– Близнецам часто нравится одно и то же, - Ганнибал подбросил и поймал нож за острие.

– Сука ты. Какого хуя надо было оставлять двери открытыми? – Найджел стер ручеек крови, щекотавший кожу под носом. – У меня теперь яйца сводит каждый раз, когда я его вижу.

– Я ему нравлюсь. Очень, - Ганнибал едва ли не светился от чувства превосходства. – И он мой. Не твой.

Найджел хохотнул:

– Но я - это ты.

Ганнибал задумчиво почесал острием ножа горло в вороте окровавленной рубашки.

– Я его трахну, - Найджел обнаглел настолько, что закурил при брате. А тот ему даже ничего не сказал, наоборот, поощрительно ухмыльнулся. – И не один раз. Все твое – мое. Не забыл?