Ганнибал покачал головой:

– Вместе со значком я нашел и бумажник. Несколько банкнот мелкого номинала, две кредитные карты, пакетик с просроченным презервативом и документы.

Уилл всего за один взмах ресниц залился краской. Его губы красиво сломали свой ровный изгиб, приоткрылись, но вместо гневного шипения, Ганнибал услышал неловкое блеянье растерянного ягненка:

– Я… не догадался. Пожалуйста. И, спасибо! Но вещи… не стоило. Я сейчас!

И вылетел из автомобиля. Ганнибал проводил его взглядом. Вот Уилл влетел на крыльцо, потянулся к двери, но та была заперта. Он похлопал себя по карманам, вспомнил, что в чужой одежде и полез к горшку с давно завядшим цветком. Под ним нашел запасной ключ и попытался открыть дверь.

Ганнибал хмыкнул и вылез следом, расслабленно поднялся на крыльцо. Уилл все же справился с дверным замком, и Ганнибал разочарованно вздохнул, ему хотелось немного дольше понаблюдать за неловкими движениями агента – найденыша, полыхающего от стыда и неловкости. Ганнибал был уверен, что у Грэма тряслись руки и дрожали пальцы.

Внутреннее убранство дома Уилла нагоняло непривычную тоску. Оно так разительно отличалось от семейного поместья, что Ганнибал терялся в простых декорациях чужой жизни.

Уилл был немного сконфужен, все ещё не отошел от фиаско, которое потерпел по собственной неосторожности и рассеянности. Схватив с дивана плед, он бросил его в сторону подушек и предложил Ганнибалу немного подождать. Тот кивнул, неодобрительно посмотрел на дешевую обивку дивана, но решив, что пять-десять минут на этой мебели его не убьют, все же расстегнул пуговицы пальто и уместился на краю.

Он слышал, как Уилл чем-то гремел, пока собирался, как хлопал дверью шкафа и топал, словно отара барашков на водопое.

И все эти звуки так же были частью другой жизни. В его вакууме не было места диванам с дешевой обивкой, запасным ключам под горшком с сухим растением или очкам в простой пятидолларовой оправе.

И эта другая жизнь тащила его к себе с такой отчаянной силой, что Ганнибал в какой-то момент передумал сопротивляться и решил принять ее, чтобы изучить с разных сторон, а потом отпустить.

Уилл Грэм перевернул все с ног на голову без предупреждения. Дерзкая овечка, отбившись от своих, присоединилась к его одиночному забегу по этому гнилому миру, и Ганнибал не знал, чем могло закончиться это приключение.

Он взглянул на циферблат наручных часов.

Возможно, ещё было время, чтобы отказаться. И даже подобрать Уилл Грэму сносное жилье, укрыв от чужих глаз, раз Бюро не могло найти время на то, чтобы защитить свидетеля и собственного агента. Но знать, что после завершения дела Джек будет ему обязан….

Ганнибал прикрыл глаза.

От него не требовалось ничего сверхъестественного: следить за найденышем, оберегать и не дать погибнуть до того, как убийца наберется достаточно сил, чтобы покинуть свое логово и выйти на охоту.

Уилл нарисовался на пороге гостиной через десять минут: в руке он сжимал небольшую спортивную сумку.

– Одежды достаточно? – удивился Ганнибал, вставая с ненавистного дивана. – Твое пребывание в моем доме может затянуться на несколько недель.

– Сомневаюсь, - буркнул Уилл, продолжая прятать взгляд. У Грэма до сих пор горели щеки, и это восхитило Ганнибала. – Возможно, неделю. В любом случае, я взял достаточно сменного белья.

– Так или иначе, - Ганнибал вновь взглянул на часы, - чтобы заняться моим делом, ещё рано. Думаю, стоит нанести визит Джеку.

– Сам хотел предложить, - буркнул Уилл, нервно поправляя очки, и все же поднимая на Ганнибала взгляд.

Очаровательно.

Смущен, растерян и расстроен сложившейся ситуацией. Ганнибал решил смилостивиться, и, пропуская Уилла вперед, бросил ему в спину:

– Рука не беспокоит? Я подумал, что, возможно, стоило сделать повязку через плечо?

– Я её почти не тревожу, - Уилл был благодарен за этот вопрос – это чувствовалось даже в положении его тела: расслабленное, не зажатое. – Да и лечение хорошо помогло. На мне все заживает быстро, как на собаке.

Ганнибал улыбнулся, когда Уилл вдруг расцвел в лучезарной ухмылке. Грэм быстро запер дверь, но ключ под горшок не вернул, вместо этого спрятал его в кармане, и Ганнибал мысленно его похвалил за эту осторожность.

– Когда можно будет снять швы? – спросил Уилл, когда Ганнибал уже отъезжал от дома.

– Через день-другой. Твое восстановление на удивление быстрое. Думаю, ты был прав, когда сказал, что на тебе все быстро заживает.

– Я всегда прав, - напыщенно протянул Уилл и засмеялся.