Первым делом Тина направилась в фотоателье – отдала на печать карточку своего цифровика. К ее удивлению, попросили зайти через пару часов. Да в любом киевском отделении фотографии за пять минут печатают! Пришлось слоняться по главной улице, как-то уж слишком гордо именуемой Бульварной, и рассматривать пестрые витрины многочисленных магазинчиков.

Ближе к полудню позвонил Алекс. На обычный телефон. Яна позвала ее, хитро подмигивая и скалясь во весь рот.

– Здравствуй, Селест. – Его голос звучал мягко, спокойно, абсолютно не враждебно. – Как жизнь?

– Неплохо.

Тина тоже решила сделать вид, что все, в общем-то, нормально. Если разобраться – а что такого произошло? Всего-то оставил девушку одну, на безлюдной стороне крыши девятиэтажного дома, а перед этим пытался перекусить ее астральную нитку… С кем, как говорится… не бывает.

– Злишься? – верно угадал ее настроение Алекс.

– На что?

В трубке помолчали. Наверное, лунат просто выдерживает паузу или ждет ее уточнений…

– Составишь мне компанию на сегодняшнем выпускном? – как ни в чем не бывало вновь подал голос собеседник. – Я слышал, ты собираешься пойти.

Тина хмыкнула. Смотри, даже не пытается извиниться, а она-то размечталась! Да, ничем не проймешь… И откуда он знает, что Тина будет на этой школьной вечеринке? Лида рассказала, что ли? Или и так ясно – Янка же выпускница… Они тут все друг друга знают.

Селестина передернула плечами.

– Можно. Если ты обещаешь не болтать со мной о своем двуликом мире.

– Ни слова, – хмыкнул динамик. – Только скучные, бессмысленные разговоры о жизни безликих. Хорошо, тогда там и встретимся.

Трубка нахально зачастила гудками.

Тина сунула руки в кармашки шорт. Ну и ну – встретимся там… А она-то уже подумала, что он за ней зайдет или заедет. Или опять залетит. И чего он добивается? Играет с ней, проверяет, как она отреагирует? Наверное, все проще – просто у Алекса такой способ общения с девушками. Ну-ну… Тем не менее Селестина почувствовала азарт. И опять – проклятую заинтересованность. А ведь давала себе слово не подходить больше к Волкову ни на шаг. Правда, не ожидала, что он сам возобновит общение. Да, крепкий орешек…

К счастью, от глубокомысленных раздумий Тину отвлекли собственные же фотографии. Лишь посмотрев на первую из них, где вовсю раскинулась гладь да ширь Серого озера, она, не сдержавшись, произнесла:

– Ну, папа! Вот уж вычудил… Вот это да!

Громкая реплика Тины заинтересовала девушку-кассиршу – и та уже закосила любопытным глазом, чего это ранняя посетительница там увидела, на своих снимках. Но Тина тут же спрятала фотографии и, аккуратно прикрыв стеклянную дверь ателье, вышла на улицу.

Придется обязательно сходить на озеро еще раз. Но завтра. И тоже с самого утра. Чтобы никто не видел, как она будет переходить в семейный тайник долины Сов. Так вот зачем отец сообщил ей три тайных дня. Оказывается, у него здесь тайник… И вряд ли даже Йозеф знает о нем.

На фотографии четко проявился знак – деревянная скульптура совы. Когда-то семья отца имела на своем гербе сову, но теперь папа примкнул к своему двоюродному дяде – Йозефу и стал «саламандрой», как и все обитатели Сияющего Замка.

Наверняка папа что-то спрятал для нее… Нечто настолько таинственное, что даже хотел сохранить в тайне от старика.

Дома поджидал сюрприз: Лида была в их комнате. Сидела перед зеркалом, раскладывала здоровые карты с черно-серебристыми «рубашками». По всем признакам это были широко известные среди двуликих лунастральные карты… Быстро справившись с удивлением, Тина незаметно запихнула фотографии, которые так и продолжала держать в руке, в рюкзачок.

– Купаться ходила? – не оборачиваясь, спросила Лида. – На Серое?

– Ну да, – удивилась Селестина и потрогала кончики волос – ага, еще довольно мокрые.

– Ты идешь сегодня в школу на выпускной? – спросила и она в свою очередь.

– Нет. Я не хожу на безликие вечеринки.

– Почему? – удивилась Тина.

– Неинтересно. Летать нельзя.

Лида тщательно перетасовала черно-серебристые карты и разложила частым, аккуратным веером. Перевернула одну, другую. Расстроенно вздохнула, цокнув языком. Тина с интересом наблюдала за ее действиями.

– Что за карты? Лунастральные? – не удержалась она от вопроса. Такие карты были у тетки Аммавару – одной из самых красивых женщин дома саламандр. Огромные, с чудными рисунками и таинственными знаками, доступными лишь пониманию специально обученных двуликих гадалок. Аммавару была самой лучшей пророчицей и часто приходила раскидывать карты самому Йозефу в яркие звездные ночи. Правда, поговаривали, что гадание было всего лишь маленькой частью их тесного общения.