– …а управляла лодкой, - добавил Семёнов. – Верю, что у тебя всё получится.

– Поживём - увидим.

Надя докурила сигарету и встала.

– Твои родители очень бы тобой гордились, увидев, как ты продолжаешь их дело, Женя. «Лора» - прекрасный ресторан и ты большой молодец, что смог вдохнуть новую жизнь в наше рушевское болото.

– Спасибо, - и Семёнов протянул ей свою визитку. – Позвони, когда тебе потребуется помощь. Или просто друг. Или собеседник. Я был рад нашей встрече.

– Я тоже. Всего хорошего, - Надежда спрятала визитку в клатч, кивнула и быстро ушла, стараясь, чтобы Женя не заметил, как горят её щёки. А он, провожая взглядом через стекло двери изящную фигуру женщины, подумал, что вот эту красавицу он бы точно хотел узнать получше.

«Она подрезала волосы до плеч, но в остальном совершенно не изменилась. Очаровательная, стильная, умная, искренняя. Блондинка. И я по-прежнему неровно к ней дышу. Но Надя дала чётко понять, что пока не время…. Что же, я никуда не спешу». Женя покачал головой и встал - пора было возвращаться руководить кухней и персоналом. От первых дней работы «Лоры» зависело будущее не только ресторана, но и многих людей, трудившихся ради общей цели, и Семёнов не мог подвести их ожидания.

* * *

После открытия «Лоры», жизнь Евгения постепенно вошла в новое русло. Он много времени посвящал обучению персонала европейским навыкам приготовления и подачи блюд, посетил поставщиков овощей, молока и мяса, снабжавших ресторан своей продукцией, а также дал большое интервью модному киевскому журналу, после которого клиентура «Лоры» ещё больше увеличилась.

– Многие спрашивают, почему мы не откроем сеть наших заведений в столице?
– спросил как-то Женю управляющий Саша.

– Мы обязательно потеряем в качестве приготавливаемых блюд, - ответил Семёнов. – И если честно, я не хочу заморачиваться новыми проблемами, а просто спокойно зарабатывать на жизнь, проводя время на кухне в своё удовольствие. Превращать готовку в конвейер – это не для меня.

– Вот и прекрасно, - вздохнул Саша, - а то персонал начал обеспокоенно спрашивать, не собираешься ли ты перенести «Лору» в Киев?

– С чего бы…?

– Столица, больше возможностей, больше денег.

– Но и проблем в разы больше. Нет, здесь я сам себе хозяин, у нас давно налажены связи с местными чиновниками, мы избавлены от рейдерских захватов, никто не покушается ни на нашу землю, ни на сам ресторан, так что, спасибо, но нет. Повторяю, я хочу лишь спокойно работать в кругу единомышленников. Мне совершенно чуждо тщеславие, жажда денег или власти. Есть свой участок работы – и хватит, хотя…

– Что?

– Я бы хотел, чтобы в «Лоре» начали играть приглашённые музыканты.

– Не понял…

– Хочу иногда устраивать музыкальные вечера для любителей джаза. Объявить это заранее на сайте, чтобы публика знала, кого будет слушать, и затем провести вечер в приятной компании.

– Только джаза? – вытянулось лицо Саши.

– Не обязательно. Сейчас много хороших музыкантов не могут реализоваться, ведь вокруг засилье попсы. Полуголые девицы трясут силиконовыми титьками, распевая дешёвку на телевизионных каналах или смазливые мальчики-попрыгунчики веселят публику, мелькая то здесь, то там, а признанные музыканты отодвинуты в сторону, их профессиональный и житейский опыт, песни со смыслом, музыка не для ног… Где они? Забыты. А я хочу дать возможность этим людям зарабатывать, напоминая окружающим и о себе, и о настоящей музыке.

– Ты уже знаешь, кого хочешь пригласить?

– Пока думаю. Но не беспокойся, это не нарушит общую концепцию ресторана. Публика по-прежнему будет приезжать к нам кушать, но иногда, для меломанов, мы будем проводить тематические вечера, чтобы послушать признанных корифеев украинской музыки.

– Если организовать всё правильно, «Лора» от этого только выиграет, - согласился Саша.

Спустя год.

Надежда.

Когда, вернувшись из магазина, Полина Игнатьевна увидела Надю, безжизненно сидевшую на ступеньках у ее квартиры, то сразу поняла – что-то случилось.

– Пойдем, - только и сказала она, про себя вздохнув, - сейчас заварю свежего чаю и поговорим. Правда, времени у меня не так много, скоро на работу. Что значит «на какую работу»? Я третий месяц уже работаю.

– Где?

– В спортивном клубе.

– Кем?

– Уборщицей. А что ты хотела? Пенсия, сама знаешь, какая, только на еду да оплату коммунальных услуг хватает. А мне и одеться-обуться нужно, да и много еще чего, например, кофе, сигареты, вино, журналы.

– Перечень, как у настоящего плейбоя, то есть плейбабы, - съехидничала Надежда, - в списке только мужика не хватает.

– Кто знает, - улыбнулась тетка, - вот денег подсоберу, зубы вставлю и пойду в клуб «Для тех, кому за 60» деда себе искать.

– А что, есть такой клуб? – встрепенулась племянница.

– Даже три, - радостно кивнула головой Полина Игнатьевна. – Первый – в больнице, второй – в церкви, а третий - на кладбище.

– Тьфу, на тебя, - скривилась Надежда, а потом, не выдержав, расхохоталась. – Ну, больница, церковь понятно. Но кладбище?

– На кладбище с этим тяжелее всего, - «удрученно» вздохнула тетка. – Там старичков почти нет, ведь их, как эстафетную палочку, передают из рук в руки еще на похоронах любимых жен.