– Что такое?
– спросила Рижа, ухитряясь ходить по тесному отсеку, да ещё и есть на ходу борщ из тарелки.

– А, - мотнул ухом грызь, - Опять эт-самое. Затруднение.

– Сдесь всё-таки нет оборудования?

– Оборудование есть. Но также есть заказ на перевозку с премией в три тысячи бобров, - пояснил Грибыш, - Вот и думается...

– Да, но производство на Камышиде всё равно надо запускать, - цокнула Рижа, - Потому как оно грозит значительно большим Приходом.

– Сто пухов, - согласился грызь, - Одна загвоздка - душит.

Грызуниха погладила его лапками по шее, но это помогло только на две секунды.

– Думается так...
– цокнул Грибыш, начиная цоцо по клавишам.

Как транспортировщик с приличным опытом, он знал, что доставить груз - это отнюдь не значит именно погрузить его в свой корабль и отвезти на место. Ровным счётом все развитые миры были соединены транспортной сетью, чем он и намеревался воспользоваться. Хитрый план был проверен и набросан за несколько минут.

– Вот, слухни ухом, - цокнул он, - Оборудование мы отправим контейнером на узловую Дэыс. Это и обойдётся в сотню бобров, и главное оно туда прибудет быстро. Тем временем мы берём посылку и тащим сюда, потом забираем наши горшки с Дэыса, потому как своим ходом они год будут добираться, и Приход.

– Приход?
– не совсем уверенно почесала уши Рижа, - А время?

– Десять с половиной процентов, - точно ответил грызь, - Целесообразно?

– Сообразно, - была вынуждена признать грызуниха, - Только смотри, логистик, не сделай как Асмед.

Грибыш захихикал. Главжаб "Графика" как-то давно ухитрился так запутать схемы доставки, постоянно хватая срочные заказы, что в итоге вышло, что кораблю потребуется семь тысяч лет, дабы развезти всё по местам. Груз пришлось выбросить в порт и потерпеть некоторый Ущерб. Грызь понимал, что смех смехом, а такое вполне возможно. Вселенная, не имевшая известного края, была весьма большой штукой, и в ней постоянно что-то происходило. Вылетишь в соседний док за хлебом и не заметишь, как окажешься пух знает где - если не фильтровать. К удаче, пуши уже уверенно научились фильтровать.

Приняв таким образом план действий, грызи приступили к его исполнению. Грибыш отослал заказ в контору предприятия, отвешивавшего агропромышленное оборудование, и через небольшое время получил отцок о том, что параметры умещаются в рамки разумного. После этого грызь создал серию сетевых командных файлов, каковые все вместе должны были переслать груз на узловую станцию. Как и всякий упёртый транспортник, Грибыш пользовался методами командной строки, минуя любые программы для управления командами. Для этого следовало знать основы действия сети ЭВМ, и большая часть торговцев, следует заметить, их не знала и пользовалась программами-менеджерами. Основная соль состояла в том, что для любой мыслимой задачи грызь мог быстро составить собственную программу и запустить её, точно зная исходные данные и имея чёткое представление, откуда может взяться косяк. Менеджеры торговли, как правило, вели запись истории операций чисто ради смеха, и выяснить по ней что-либо представлялось маловозможным.

Большая сложность и, прямо цокнуть, некоторая запутанность современных сетей, имеющих перекрёстные ссылки, давала простор для эффектов, какие никогда не придут в трезвую голову, навроде зависимости работы канализации от количества заказов на живую рыбу. Опять-таки, когда космонавты за столом травили истории, это выслушило смешно, а на самом деле не всегда. Навроде той истории, когда из-за ошибки в порт пришли семь триллионов штук жёстких дисков.

Пока Грибыш всё это вцокивал в машину, Рижа просто свернулась в ящике, аки пуховой шар, и дрыхла. Грызуниха умела не поднимать хохол там, где не следует, и могла оставаться спокойной почти в любой обстановке, если это помогало Приходу. Она была не настолько упорота в деле получения этого самого Прихода, как сам грызь, но всё же отставала ненамного, и это тоже тешило - не меньше, чем пушистые ушки и хвост. Грибыш знал, что есть не так уж мало грызуний, которые вообще не особо интересуются Приходом и даже Хрурностью; ну, не то чтобы совсем не, но. Цокнуть так, на уровне белочи, что представлялось мало попадающим в пух. Грызь подумал, что не смог бы столько времени провести с белкой, которая не любит разбрыливать мыслями.

– Рижа, Рижа, пуша, пуша, - хихикал Грибыш, доколачивая команды в эвм.

Он припомнил о том, что они и познакомились вслуху приверженности обоих к мотанию по галактике, как овечий курдюк. Грибыш начал шерстить по местной Сети, выискивая прилагающиеся к теме документы, в основном жабократического свойства, типа "Свода правил прожади", и на цокообменнике узнал про грызуниху, каковая также интересуется этим песком. Поскольку песком больше особо никто не интересовался, грызь подумал, что будет в пух, если эт-самое. Правда, Рижа всегда отличалась краткостью цоканья, и что-либо узнать от неё по Сети оказывалосиха практически невозможным. Вслуху этого Грибыш разузнал, где она обитает, и пошёл поискать её в околотке. И что характерно, спустя пол-года таки нашёл.

В основном грызи, когда думали о космосе в единственном числе, сворачивали к миростроительству, усилению обороны, научным изысканиям или Щебню, тобишь привнесению Хрурности в неустроенные миры. Если бы в бобровольцах была недостача, Грибыш и Рижа вряд ли подумали бы о том, о чём они подумали, но недостачи не наблюдалосиха в помине. Вслуху этого пуши резонно сочли, что без них обойдутся, и стали копать в сторону вольной торговли. К тому же их занимали внегрызьевые формы жызни, и они собирались влезть именно на интернациональный корабль, или на крайняк на тоадоидский. Влезть туда было не особо сложно, потому как большая команда могла позволить практикантам тренироваться сколько влезет, и приступать к непосредственной работе только при уверенности в результатах. Вслуху этого обстоятельства, грызи не проходили специальной подготовки ни в каких специальных учреждениях, зато имели значительный опыт. И как показывала на лапах практика, это было в пух.

Гружёный заказными контейнерами фрег вылетел из порта Штымдрика и ломанулся по направлению на Мурминг, райнтарскую планету. Не то чтобы это было особо заметно для пушей - они как сидели, так и продолжали, только аппаратная стойка опять загудела в маршевом режиме. Рижа продолжила возиться с баночками и земъящиком, чтобы как следует озеленить отсек управления - без него фрег не фрег, так цокнуть. Грибыш осуществлял корректировку курса, что требовало некоторого времени на осмысленные действия. Соль состояла в том, что перемещение между далёкими звёздами отличалось от перелётов внутри систем, и не только названием. В системах обращалось ограниченное количество планет, и все их характеристики были изучены и внесены в нафигационные устройства, так что курс собственно всегда был один и тот же. При пересечении секторов галактики следовало учитывать изменившуюся картину расположения звёзд, потому как отклонения в миллионные доли градуса давали в итоге световые годы лишнего расстояния. Вслуху таких выкладок считать курс приходилось бортовой эвм и космонавтам, хотя бы потому, что база данных для всех возможных сочетаний мест отправления и прибытия оказалась бы непомерно большой.