Я остановилась. Реакция Аманды была такой стремительной. Она была такой уверенной, и в ее заявлении была правда. Я видела это на ее лице. Она не отвела взгляда. Они это обсуждали. Я отстранилась, пару раз моргнув. Это имело смысл. Тереза призналась мне о Ное. Аманда призналась о ее новом парне. Мне не следовало удивляться, что они поделились друг с другом обо мне.

– Тереза мне этого не говорила, - прошептала я.

Аманда пожала плечами.

– Есть и другие причины, я уверена, но я знаю, что это – одна из них.

– Ной это сказал?

Она кивнула.

– Как-то раз он сказал это, а она рассказала мне. Он готов отдалиться от Картера. Разве ты не заметила?

Нет. Картер был так занят с Коулом и семьей Маурисио.

– Их дружба нас не касалась. Они все еще вместе тренируются.

– Не в этом месяце. Ной перестал приходить по утрам. Он сказал, что Картер уехал, и с тех пор, как мы все в Нью-Йорке, я думала, что он был здесь. Где он, Эмма?

Я горько засмеялась.

– В чем дело? Деятельность Картера?

– Наверное, и в этом, - кинула она в ответ, но затем раздраженно фыркнула и отвернулась. А затем заплакала. Ее нападки сошли на нет, и вместо этого, она лишь выглядела грустной.

– Это то, чего ты хочешь? Ты хочешь, чтобы я его бросила? – спросила я.

Она не посмотрела на меня. Она опустила взгляд на свои колени и покачала головой.

– Нет. Я знаю – это нечестно. Я знаю, что все, что ты говоришь – верно. Картер не был в твоей жизни, пока ты не стала в нем нуждаться, и это несправедливо. Теперь, когда ты его любишь, ты не можешь его оставить. Прости. Я лишь – иногда, я его виню.

– Почему?

– Потому что… - упала еще одна слеза. – Потому что если бы не было Картера, я могла бы быть с Брайаном.

Теперь до меня дошло. Дело было в ней и ее парне. Ничего из этого не касалось Терезы и Ноя, дело было в Картере и мне. И в ней и Брайане. Я уронила руки со столика на колени. Это поразило, словно глухой удар, и я почувствовала – будто меня сбил автобус.

– Ты думаешь его бросить?

Я рассматривала вариант от нее отдалиться, но никогда не считала, что она бросит его.

– Я должна, не так ли?

Она подняла на меня взгляд. В них была такая боль, будто ее резко ударили. Я не видела ее такой, с тех пор, как узнала о смерти Мэллори.

– Аманда, - вздохнула я.

Она покачала головой.

– Остановись. Я уже все обдумала, снова и снова прокручивая в голове, это – единственное, что я смогла понять, так это то, что это - единственный выход. Я знала о твоих отношениях с Картером до того, как влюбилась в Брайана. Я знала, что это неправильно. Я пыталась это остановить, но все равно я позволила этому случиться. Это моя вина. Мне следовало запретить ему появляться в лавке, но, Эмма… - ее голос потух, и я едва могла ее расслышать. – Мне было так одиноко, и он был таким… - она втянула воздух и обеими руками вытерла лицо. – Это единственный выход. Я должна его бросить. Я должна сделать это, до того как… - она не смогла закончить предложение, но я ее не винила.

Она спросила меня:

– Ты ничего не сказала Картеру?

Я покачала головой.

– Нет. У меня не хватило смелости.

– Хорошо, - сказала она с облегчением. – Хорошо. Брайану я ничего не говорила, и я расстанусь с ним. Сделаю это, когда приеду домой.

– Сейчас, - произнесла я, но это был не мой голос. Это была другая Эмма, та, которую я не узнавала. Она была холодна и непреклонна, в то время как я, была утешающей и успокаивающей, или вот, какой я должна была быть. Глаза Аманды распахнулись, но я должна была сказать это снова.

– Ты должна сделать это сейчас. Покончи с этим. Ты здесь с нами. Может быть, ты бы могла взять отпуск на следующей неделе. Мы бы все могли остаться здесь и помочь тебе.

Она застыла от моих слов.

– Тереза не знает.

– Я знаю, и я здесь.

Боже, я была бессердечной подругой. Я ошибалась. Я была дерзкой сучкой, не она, но больше это не было той жизнью, которой мы жили. Это было истинное представление ситуации. Я не могла быть ее подругой, какой я была до Мэллори, до Франко Донвана.

– Если ты действительно собираешься это сделать, делай это сейчас.

Я склонилась над столом и подтолкнула к ней телефон так, что он оказался перед ней.

Она взяла его. Не переставая смотреть на меня.

– Так будет лучше, - сказала я. Но, тем не менее, мое сердце разрывалось. По спине прошелся озноб от звука моего собственного голоса. Сейчас, я была такой жесткой.

– Ладно.

Она прижала телефон к груди и слезла со своего конца дивана. Когда она проходила мимо меня, то затормозила и произнесла: