Мы подъезжаем к Тренировочному центру. У меня с ним связаны отнюдь не самые светлые воспоминания. Может только если знакомство с Цинной или вечера на крыше с Каем. Он всегда рассказывал мне разные забавные истории, когда мне было особенно грустно. Я совсем не удивляюсь, когда узнаю, что мы будем жить на двенадцатом этаже. Наверное, это хорошо, не нужно будет привыкать к чему-то новому, да и крыша в нашем распоряжении. Нужно будет сводить туда Прим, я уверена, что ей понравится.

Цинны не было в холле, и я молю Бога о том, чтобы он ждал нас наверху. Если я не увижу его через минуту, то, наверное, сойду с ума от ожиданий. Пока едет лифт, Эффи успевает в десятые раз напомнить нам расписание на сегодня. Когда она открывает рот, чтобы повторить это в одиннадцатый раз я не выдерживаю.

– Да знаем мы, знаем! В шесть часов интервью с Цезарем, потом банкет! В двенадцать мы уже должны вернуться, потому что завтра в десять какая-то подготовка к свадьбе!
– отвечаю я.

– Не какая-то, а подготовка свадебного вальса! Это очень важно Китнисс и вам надо быть на тренировке в… - Эффи не успевает договорить.

– Десять часов! Они это уже поняли!
– заканчивает за неё Хеймитч. Женщина хочет ещё что-то сказать, но впервые не находит слов и замолкает. Лифт останавливается на двенадцатом этаже, и я самая первая вылетаю в холл. Цинны нет, я уже чуть ли не плачу. Ну, вот где его носит?! А может он вообще не знает, что я приехала? Нет, такого не может быть, он прекрасно знает о моём прибытии в Капитолий.

– Здравствуй, Китнисс!
– слышу знакомый голос и расплываюсь в улыбке.

– Цинна!
– я бегу к своему стилисту и крепко его обнимаю.
– Я скучала!

– Я тоже скучал, - отвечает он и улыбается, но его улыбка гаснет, когда он видит Гейла. Цинна вопросительно смотрит на меня, я качаю головой и поджимаю губы.
– Потом всё расскажешь!
– шепчет он мне на ухо, я киваю в ответ и беру за руку Прим. К нам подходит Порция. Она была стилистом Кая на играх. Она добрая и знает много интересного и совсем не похожа на остальных капитолийцев. Мы обмениваемся приветствиями. Она, наверное, будет заниматься внешностью Гейла.

Цинна ведёт нас в комнату, где меня уже ждёт моя команда подготовки. Вения, Флавий и Октавия сразу же окружают меня со всех сторон и начинают сыпать поздравлениями вперемешку с комментариями по поводу моей запущенности. Ногти сгрызла, под глазами синяки и вообще, над моим внешним видом нужно работать и работать.

– Ладно, увидимся через два часа!
– говорит мне Цинна.

– Что?! То есть ты меня оставляешь одну на растерзание моей команды подготовки?
– вскликиваю я, как будто он первый раз так делает.

– Красота требует жертв!
– пожимает он плечами и обращается к моей сестре.
– Останешься с Китнисс или пойдёшь со мной? Я тебя покажу её платье на вечер и твоё заодно! А ещё мы можем заказать торт!
– смеётся Цинна и подмигивает Прим. Она недолго думая соглашается. Я хочу возмутиться, но думаю, что это будет звучать, не так убедительно, с широкой улыбкой на лице.

– Я вам это ещё припомню!
– кричу я и пытаюсь сделать серьёзное выражения лица. Прим с Цинной смеются и выходят из комнаты. Они подружились за то время, что Цинна провёл у нас. Я не удивлена. Мало кто устоит перед обаянием моей младшей сестры, да и Цинна не может остаться незамеченным.

– Китнисс, мы так рады, что ты приехала!

– Твоя свадьба будет грандиозной, на неё почти невозможно попасть!

– Это события года!
– всё, теперь мне можно не открывать рта два часа. Всё равно мне не дадут вставить и слова. Вения, Флавий и Октавия говорят без умолку. Их голоса сливаются в один сплошной писк, и я могу отличить только отдельные слова. Ладно, их болтовня отвлекает меня от грустных мыслей о доме и о человеке, которого я там оставила. Нет, мне нельзя сейчас думать о нём. Я вообще должна пресекать любые мысли о Пите. Может только если думать о нём как о хорошем пекаре, который печёт мои любимые сырные булочки, у которого самые красивые пироги во всём Панеме, потому что он ещё и талантливый художник. Он особенно любит закаты, оранжевый его любимый цвет. Он всегда завязывает шнурки двойным узлом и не кладёт сахар в чай, а ещё…

– Так, хватит!
– громко говорю я и закрываю голову руками. Вения, Флавий и Октавия отступают назад и встревоженно смотрят на меня. Только сейчас я осознаю, что сказала это вслух.

– Китнисс, что-то случилось?
– осторожно спрашивает Вения.

– Я сделала тебе больно?
– уточняет Октавия. Прежде чем Флавий успевает добавить своё слово, я трясу головой.

– Нет. Простите, это я не вам! Можете продолжать, - растерянно отвечаю я. Они переглядываются и продолжают свою работу. Я старательно отгоняю мысли о Пите, боясь, что опять сорвусь. Стараюсь думать о чём-то нейтральном. Пытаюсь угадать, какое платье будет на мне сегодня. Меня не слишком волнует эта тема, но зато это здорово отвлекает от ненужных мыслей.

Может, платье будет голубое? Нет, голубое он обещал Прим, она сама мне рассказывала. А может он нас решил одеть одинаково? Как символ того, что мы сёстры и нас ничто и никто не сможет разлучить. Или как напоминание о том, как я попала на игры. Будет ли оно как-то связано с огнём или же нет? Через полчаса мне надоедает и это. Я просто сижу и стараюсь не думать ни о чём. Это намного сложней, зато я сосредотачиваюсь, и глупые мысли не лезут в голову.

Не скажу, что эти два часа пролетели незаметно. Но вскоре в комнату возвращаются Цинна и Прим. У моего стилиста в руках чехол и не трудно догадаться, что в нём. Они о чём-то оживлённо спорят с Прим и как будто совсем не замечают меня. Я смотрю на них и не могу сдержать улыбки.