Противник не выдержал, первым начал выводить самолет из пикирования.

И вот ЯКи идут по бокам «юнкерса», не давая ему изменить курс. Прицелившись, Пожидаева делает один за другим два выстрела. Проходит несколько секунд, и левый мотор «юнкерса» начинает дымить.

— Молодец, Зойка! — слышит она в шлемофоне голос подруги.

— Теперь далеко не уйдет, — спекшимися губами шепчет Зоя. Тыльной стороной ладони вытирает пот со лба. Взгляд падает на топливомер. Горючее на исходе. «Неужели вынужденная посадка? А как же Аня?»

Пожидаева смотрит в одну, другую сторону. Где же самолет Демченко? Увлекшись преследованием подбитого «юнкерса», она и не заметила, как пропала подруга.

Минуты через три двигатель вздрогнул, несколько раз надрывно чихнул и остановился. Горючее кончилось. Внизу — поле. Планируя, Пожидаева выбирала место для посадки.

…Невдалеке — молодой березняк. Оттуда приближалось десятка два людей. В руках колья, палки. Увидели на крыльях самолета звезды, побежали быстрее.

— Ой, бабоньки, летчик-то — девка! — Помогли Зое вылезти из кабины, обступили со всех сторон. — Так это ты его? А мы из леска смотрим — летают, стреляют. Но высоко, не разберешь, кто кого подбил. Ну и молодец же ты!

На аэродром Зоя возвращалась с тяжелым чувством: «Что с Аней?» Едва зарулила на стоянку, как подбежали девчата. Обняли и расцеловали. Оказывается, уже звонили из штаба. «Юнкерс» далеко не ушел, упал за лесом. Сообщили и об Ане Демченко: она совершила вынужденную посадку, за ней уже послали самолет.

…На аэродроме Зою ждал сюрприз. Еще когда вылезала из самолета, заметила, что техники как-то загадочно улыбались. А подходя к своей землянке, услышала песню. Звонко пели девчата. Среди их голосов выделялся мужской баритон. Зоя открыла дверь и в изумлении остановилась. В землянке, в кругу подруг — ее муж, Николай Столяров. С первого дня войны сражался он с врагом. И вот — встреча.

— Нам с КП сообщили, что вы возвращаетесь. Вот и решили песней встретить, — Николай широко улыбался. На груди его ярко блестела Звезда Героя.

…От Волги до Дуная был нелегкий военный путь 586-го истребительного авиационного полка. Полк Расковой прикрывал железнодорожные узлы Саратов и Воронеж, Курск и Киев; мосты через Волгу, Дон и Днепр. Штурмовал противника в районе Корсунь-Шевченковского.

Свой боевой путь лейтенант Пожидаева закончила в столице Венгрии — Будапеште. Более 200 боевых вылетов совершила она. Ее позывной был — «Сокол-41».

После войны супруги Столяровы приехали на Урал. Здесь, в Троицке, Зоя Михайловна работала в аэроклубе.

Я. Киммельфельд, В. Вьюнов

Я из тех, кто с детства мечтал о небе. Не знаю, с чего это началось, тем более что в небе над Ашой самолеты пролетали не часто. Своего я добился. Окончив летное училище, служил в армии борттехником. Демобилизовавшись, перешел в гражданскую авиацию, сам стал водить воздушные корабли. К началу войны имел два серебряных знака «За полет». Первый получил за то, что налетал 300 тысяч километров, второй — за 500 тысяч. На «гражданке» свела меня судьба с летчиком Михаилом Ивановичем Поповичем.

Началась Великая Отечественная война. Ушел в военную авиацию М. И. Попович. Каждый из нас тоже рвался на фронт. И время пришло.

— Создается полк из летчиков Гражданского воздушного флота, — сказали мне. — Попович приглашает в свой экипаж борттехником. Командир полка — Валентина Степановна Гризодубова. Что думаете?

О каком тут раздумывании могла идти речь!

Оказалось: в полку триста мужчин и… одна женщина-командир. Все — опытные летчики, техники, радисты, до войны работавшие на воздушных трассах страны.

Авиационный полк дальнего действия под командованием Гризодубовой должен был доставлять партизанам оружие, боеприпасы, продовольствие и медикаменты, вывозить на Большую землю тяжелораненых, детей, женщин, помогать нашим военным частям, отрезанным от основных сил.

В июне 1942 года части 2-й ударной армии вели упорные бои в окружении под Ленинградом. Для снабжения их боеприпасами и продовольствием командование выделило оперативную группу из транспортных самолетов ЛИ-2. В состав вошли шесть экипажей полка Гризодубовой, в том числе и наш.

Стояли белые ночи. Как они хороши в мирное время! И какими ненужными казались тогда: лишали возможности незаметно подходить к линии фронта. Тщетно надеялись наши экипажи на появление спасительной облачности. Но погода, как назло, весь июнь стояла ясная. А на маршруте и в районе выброски грузов патрулировали истребители противника. В первый же вылет из шести самолетов не вернулись с задания два.

Было решено маршрут к цели прокладывать над лесными массивами на малой высоте. Самолеты сверху казались невидимыми на фоне леса. А мы снизу в те белые ночи прекрасно видели истребители противника. Кроме того, из пулеметов ЛИ-2 удобнее было вести огонь по противнику, когда тот находился выше.