— Какой почерк? — возразил Чуму. — Никакого почерка нет. Благодаря вам смерть Ванк теперь будет квалифицирована как самоубийство. — Он чуть-чуть поднял дуло бластера. — Но вы правы, два самоубийства будут выглядеть подозрительно. Пожалуй, нам придется убить вас при самообороне.

— «Нам» — это вам и Рови? — спросил Лэндо. — Или только Рови? Организаторы вроде вас обычно сами никого не убивают.

— Как правило, да, — согласился управляющий. — Но ради вас я сделаю исключение. — Свободной рукой он достал еще один бластер и бросил к ногам Лэндо. — Поднимите.

— Не стоит. — Лэндо не шелохнулся. — Не хочу никаких недоразумений, когда прибудет полиция.

Чуму покачал головой:

— Неплохо, но полицейские пошли к другим дверям.

— Они вернутся, — заверил его Лэндо. — Сейчас они, наверное, как раз смотрят шоу.

Управляющий нахмурился:

— Какое еще шоу?

— Вот это. — Улыбаясь, Лэндо поднял руку и указал вверх…

…на кам-дроида, которого Тавия запрограмировала всюду следовать за ним.

— Победитель теряет все, — тихо повторил игрок. — Моя подруга, между прочим, права. Внимательнее смотрите по сторонам.

Чуму застыл, не зная что сказать, и так и стоял, когда прибыл Стернбек со своими подчиненными.

* * *

— Ну, как ощущения? — спросила Тавия, когда полиция вывела Чуму из зала под перешептывания толпы. — Я имею в виду, от того, что сделал доброе дело.

Лэндо тут же пришел на ум легкий, слегка саркастичный ответ. Но Тавия заслуживала большего.

— Приятно, — сознался игрок. Он поглядел на платформу, где как ни в чем не бывало продолжался турнир. — Но накладно.

— Ты все равно бы не победил, — напомнила Бинк. — Ты ведь понимаешь это, правда?

— Наверное, — сказал Лэндо. — Возможно. — Он вздохнул. — Знаете, что хуже всего в жизни игрока? Постоянно думаешь о том, что могло бы быть. О том, как другой расклад — да хотя бы другая карта — могли бы все изменить.

Бинк фыркнула:

— Скажу тебе новость, Лэндо. Это проблема не одних игроков. Такова жизнь.

— Она права, — серьезно отметила Тавия. — Уж если ты принял решение, ты не можешь вернуться назад и изменить его. Бывает, что когда-нибудь позже выпадает шанс исправить последствия. Но первоначальное решение остается неизменным.

— И все мы о чем-то вспоминаем и сожалеем, — согласилась Бинк. — А лекарство только одно.

— Время?

Взломщица улыбнулась.

— Деньги. — Она взяла Лэндо за руку и что-то вложила в его ладонь. — Здесь десять тысяч кредитов, которые Чуму уплатил мне за то, что я назвала его «Тчина» подделкой.

Лэндо нахмурился:

— Это все мне? Мы же должны разделить сумму на четверых?

— Должны, — согласилась Бинк. — Но не будем.

— В конце концов, мы же и втравили тебя в это дело, — напомнила Тавия. — Конечно, это не статуэтка на сорок миллионов, но должно как минимум хватить, чтобы улететь с планеты и перебраться в более многообещающее место.

— Но…

— О нас не беспокойся, — посоветовала Бинк, сомкнув пальцы игрока вокруг кредитного чипа. — Насколько я знаю Зербу, он уже ищет другую работу.

— Или обшаривает чьи-то карманы, — с неодобрением добавила Тавия.

— Так или иначе, мы не пропадем, — заключила Бинк. — Так что иди. Кыш отсюда.

Лэндо поморщился. Но он знал, когда нужно отказаться, а когда — принять с благодарностью.

Да и потом, нельзя ведь сказать, что он не заслужил награду.

— Берегите себя, — сказал игрок. Он по очереди поднес их руки к губам и поцеловал.

— Побережем, — пообещала Тавия.

— До следующего дела, — с плутовской улыбкой прибавила Бинк.

— Которое еще не скоро выдастся, наверное, — предупредил Лэндо.

Бинк пожала плечами:

— Возможно. Как знать?