Дэрил сам не знал, почему все получилось именно так. Почему он, зайдя тогда в аптеку и увидев перепуганную Кэрол, отступил в сторону, торопливо отводя глаза. Чтобы не показать, как он рад, как боялся, как сходил с ума от одной мысли, что с ней что-то могло случиться. Охотник просто испугался. Сам себя. Своих мыслей и своей реакции. Он никогда в жизни ни за кого так не боялся. Кроме родного брата. Которого теперь не было рядом. Это было слишком сложно принять, даже спустя полгода. А сможет ли он принять, если что-то случится уже с Кэрол? С той, которая так беспечно относится к своей жизни, постоянно влипая в какие-то неприятности? А потом всхлипывает на плече у Ти-Дога, принимая его куртку и идя рядом с ним. Словно это он ее нашел. Для себя.

Отбросив окурок в сторону, Диксон прислушался к какому-то шороху вдалеке, замирая. Но тревога оказалась ложной, и охотник, покосившись на спящую у костра женщину и смерив взглядом лежащего неподалеку Ти-Дога, снова погрузился в свои мысли. О том, что злясь на Кэрол, он на самом деле раздражается на себя. Дэрил не хотел, чтобы его реакция на происходящее была настолько сильной, ему не нравилось так обижаться на подругу за каждое сказанное ею слово, за все глупые поступки и взгляды в сторону. Охотник не понимал, почему она не думает о том, что за нее переживали и боялись. Ведь это так просто! Если на тебя злятся за то, что ты где-то пропал и заставил поволноваться – то ты дорог!

Это Дэрил понял еще в детстве, когда, отправившись пешком в соседний городок с друзьями, вернулся лишь затемно и с пренебрежением наблюдал, как на мальчишек орут родители. А потом плачут, прижимая к себе и сообщая, что места себе не находили. Что переживали, и что любят. Он, затаив дыхание, скользнул в дом, ожидая чего угодно, но ни мать, ни отец даже не заметили, что младшего сына не было дома. Мэрл, как обычно, гулял где-то с друзьями и тоже был не в курсе приключений брата. Поднявшись к себе в комнату, Дэрил сел на так и не застеленную с утра кровать и нахмурился, не понимая, почему он так хочет, чтобы и его сейчас отругали. Даже, быть может, наказали. Главное, дали понять, что им не все равно, где он и что с ним.

И ему теперь – было не все равно. Как Кэрол не понимает? Почему смотрит таким обиженным взглядом и отдаляется, проводя время рядом с Ти-Догом, заговаривая с охотником только о какой-то ерунде, заводя какие-то свои секреты и даже отказываясь еду ему принести, как обычно? Ведь можно было бы просто поговорить. Хмыкнув своим мыслям, Дэрил в красках представил себе этот идеальный с его точки зрения разговор: он молчит, глядя в сторону, а она кается в своих последних поступках и обещает больше никуда и никогда даже не мечтать удалиться от своих кастрюль. Судя по гордо вздернутому носу женщины, который она демонстрировала ему сегодня весь день, подобного охотник не дождется.

***

Прикинув по своим ощущениям, что уже должно было перевалить за полночь, Дэрил потянулся, собираясь идти будить азиата, который после любовных утех, небось, дрых без задних ног, но Глен явился сам. Заспанный, довольный и улыбающийся. Даже противно. Парень торопливо потер глаза, пытаясь придать себе более серьезный вид под недоверчивым взглядом охотника, который явно сомневался в том, можно ли доверять пост такой сонной тетере, и, не сдержавшись, широко зевнул.

– Сейчас, я проснусь, не смотри так, - улыбнулся он, проверяя свое оружие и оглядываясь в темноте.
– Без происшествий? Надеюсь, до конца ночи так и будет. Кажется, ходячих тут особо не видать. Может быть, наконец, выбрались мы из самой опасной зоны, а? Слушай, как ты думаешь, это везде так? Может быть, где-то там… далеко все живы и даже не заражены?

– Я как-то об этом не думаю, - признался Диксон, все еще не решаясь оставить пост на не вполне проснувшегося Глена и только потому поддерживая разговор. – Не пофиг ли, что там как, если мы здесь? Даже если там этой заразы нет, к себе они нас не пустят, не надейся.

– Ну да, конечно, - кивнул Глен и вздохнул. – А жаль. Может быть, они там уже и лекарство изобрели какое-то. Хотя нет. Тогда бы они прилетели сюда, помощь бы оказали, да? Наверное, так везде. Все умерли, одни мы остались… И то договориться не можем всё время почему-то.

– Ты о чем? – нахмурился Диксон спустя пару минут молчания, в течение которых азиат сверлил его странным взглядом.

– Ну, мне показалось что вы так с Кэрол и не помирились, хотя я вообще не знаю даже, почему поссорились, - Глен вопросительно взглянул на друга, наивно ожидая от того подробного рассказа о причинах размолвки с женщиной, и продолжил. – Вот видно же, что оба мучаетесь! Зачем?!

– Слышь, ты точно там пиццу готовил, а не листовки о мире во всем мире раздавал?

– Не готовил, а разносил! Ты, конечно, можешь не признаваться, но я ведь не слепой, как и остальные. Почему нельзя жить дружно? Не злиться друг на друга и не обижаться по мелочам? Я если честно, не понимаю, как Рик с Лори все это время вот так вот ходят. Бедный Карл, не очень ему, наверное, приятно видеть, как мать от отца шарахалась, а потом наоборот. Так у тех хоть причина серьезная…

– Я спать, короче, - устало вздохнул Дэрил, не желая слушать никаких поучений от этого мальчишки, в который раз лезущего не в свое дело.

– Подожди. Да стой ты! Пять минут. Я ничего не буду говорить больше, сами разбирайтесь. Я о другом еще хотел, - умоляюще взглянув на притормозившего Диксона, попросил азиат. – Мне твоя помощь нужна. Ну ничего такого не потребуется. Просто Мэгги… она так расстроилась из-за того, что получилось тогда. А Рик так твердо заявил, что теперь они никуда ходить не будут. Но я ведь за ней присматриваю, и она отличный боец! Ничем не хуже того же Ти-Дога и уж тем более Карла. Для нее это важно, понимаешь? И для меня.