Почему она такая доверчивая? Как смогла так быстро подружиться с этой чужой женщиной, которая была явно не в себе? Как сумела за пару дней поверить в то, что не менее странный Фрэнк олицетворяет собой образец благодетели и доброты? Остальная группа с точки зрения Диксона вела себя в этот раз гораздо разумней. Многие подозрительно косились на хозяев музея, стараясь не оставаться нигде в одиночестве, вздрагивая от малейшего шума, ожидая, пока еду попробует сама Мод, и тщательно подпирая двери по ночам.

Дэрил в этот раз даже без особой радости отделился от группы. Но желание спать подальше от постоянной суеты, шума, а еще чьего-то храпа, было сильным. Да и что могло случиться с друзьями, которые ночуют такой толпой? И все равно охотник настороженно прислушивался к любому шороху по ночам, а еще надеялся, что Кэрол не поменялась с кем-нибудь местами и не спит теперь рядом с Ти-Догом, который упорно поддерживал ее в этой глупой доверчивости к музейным обитателям. Это их странное взаимопонимание раздражало Дэрила, но поделать он ничего не мог. Подруге нужно было как-то доказать, что она не права, иначе ведь снова куда-то вляпается.

В какой-то момент Диксон даже задумался о том, чтобы забрать Кэрол в свою комнату. Ничего такого – места бы тут и на двоих хватило, зато ему спокойней бы было. Но охотник вовремя понял, что не сможет подобного предложить. Их и так уже непонятно кем считают. И сказала ведь эта ненормальная про мужа с женой. На мгновение Дэрил задумался о том, что было бы, если бы этого всего конца света не случилось, а он бы встретил такую женщину. Свободную, конечно. Смог бы он? Захотел бы распрощаться со свободой, найти работу, чтобы обеспечивать семью, смириться с тем, что он уже не один? Поверить в то, что его не обманывают, не изменяют и в самом деле… хорошо относятся?

Наверное, Кэрол была бы хорошей женой. По крайней мере, хозяйкой так точно. А что еще нужно? Она понимающая, спокойная, не слишком разговорчивая, красивая, в конце концов. Может быть, это и есть нормальная жизнь: приходить с какой-нибудь идиотской работы, видеть ее счастливую улыбку, ощущать на щеке поцелуй, брать на руки общих детей, есть приготовленный ею ужин, смотреть вместе бессмысленное шоу по телевизору, а потом ложиться в одну постель? Вот так вот обыденно и просто. То, что, наверное, было в жизни многих людей. И то, что Дэрилу всегда казалось какой-то фантастикой. Причем даже не очень научной.

***

Слова Граймса о том, что они могли бы взять ситуацию вместе с музеем в свои руки, группа встретила гробовым молчанием. Дэрил удивленно покосился на запнувшегося шерифа и недоверчиво приподнял бровь. Нет, он не будет спорить, если Граймс сейчас скажет, что они должны взять оружие и запереть хозяев в комнате или же вышвырнуть их на улицу с небольшим количеством нужных для выживания вещей. Но слышать о подобном от Рика было непривычно. Тот, кто всегда старался подойти к ситуации с точки зрения справедливости, сейчас, кажется, сам запутался в том, что ему важней: стопроцентная уверенность в безопасности группы, сына и жены, с которой он, наконец, начал налаживать отношения, или эта самая призрачная справедливость, которая еще непонятно к чему приведет.

– Нет, ну это уже слишком, - нарушил тишину Ти-Дог. – Я в этом не участвую.

– Подожди, мы не дослушали, я так понимаю, - нахмурился Глен, переглянувшись с решительно расправившей плечи Мэг, которая одобряла направление мыслей лидера. – Рик, что ты предлагаешь?

– Я не знаю, - устало потер глаза Граймс, мотнув головой. – Я всё сказал. Нам нужно что-то решать. Вариантов не так много. И один простой выбор: что нам дороже и чем мы готовы рискнуть.

– То есть ты сейчас предлагаешь нам рискнуть своей совестью и надеяться на то, что Мод и Фрэнк окажутся действительно какими-то маньяками? – дрожащим от возмущения голосом спросила Кэрол и бросила на Дэрила беспомощный взгляд.

Но охотник только отвел глаза, понимая, что сейчас не на ее стороне. Она женщина – этим все сказано. Ей хочется во что-то там верить, ей всех жалко и в ее сердце куча глупых надежд, что все люди вокруг хорошие и вреда ей не причинят. Но Кэрол сама на днях говорила ему о том, что не стала бы рисковать. А значит, не так уж она и доверяет хозяевам, просто боится признаться в этом даже самой себе.

– А ты предлагаешь рискнуть их вон жизнями? – кивнул Рик на лежащих в углу детей, которые, по мнению Диксона, только прикидывались спящими и подслушивали разговор. – Ты сама видишь: они просто и без лишних вопросов пустили нас сюда, они даже не заговаривают о том, что нам пора бы и честь знать, они как-то странно относятся к ходячим и скрывают картинами не менее странные надписи на стенах…

– Да уж, - вздрогнула Мэгги. – Мне это все не нравится. И как спать теперь? Вдруг они – парочка маньяков? Или людоеды какие-нибудь? Или еще кто?

– А вдруг нормальные люди, которые к нам со всей душой? Только подумайте: они нам и крышу над головой, и питание нормальное, и отношение приветливое, и не гонят, а мы что? Предлагаете стать как те, которые тогда у костра на нас напали? Просто попытаться отобрать еду у более слабых? – возмутился Ти-Дог снова.

– Знаешь, Рик, я не понимаю такого, - заговорила Лори. – Вот этой вот убежденности заранее, что кто-то плохой. Раньше ты таким не был. А теперь… Конечно, так проще. Убедить себя, что другой человек убьет тебя, если ты не убьешь его первым. Нужно только поверить, да? А потом все легко и просто. И почему-то не думается о том, что этот человек мог не иметь таких мыслей, или сумел бы их побороть, переступить через себя и ничего плохого тебе не сделать. Пока у нас нет причин считать, что Мод и Фрэнк не те, за кого себя выдают. Только подозрения и догадки. Ни на чем почти не основанные.