Мужчина нахмурился, ощущая холод, повеявший от ее слов, несмотря на то, что она вроде как все поняла и сообщила, что будет ждать. Или Кэрол что-то другое хотела сказать этим? И как долго… она будет ждать? Сколько еще он будет находить ее одну? Ожидающую и понимающую?

Кэрол уже давно положила трубку, а он все еще сжимал в руке телефон, не зная, правильно ли сделал, что извинился, что признался в своем непонимании, что вообще позвонил. Внезапно она показалась ему совсем чужой и незнакомой. Очень далекой и загадочной. И все-таки телефонные разговоры не могут сравниться с теплом тела рядом, с ее постоянными робкими касаниями пальцев. Взглядами и улыбками, по которым можно было хотя бы о чем-то догадаться. Хотя бы о том, что он ей не неприятен. Что она в нем не разочарована. А что сейчас?

***

И снова утро началось с необходимости плестись к дому Кэрол и замирать на пороге, не решаясь постучать. Наверное, даже компания брата сейчас была бы вполне неплохим решением – Мэрл быстро бы перевел внимание женщин от Дэрила на себя. Однако в данный момент он, явно проведя более веселую ночку, чем младший, оглашал весь дом своим храпом и просыпаться никак не хотел. Дверь на стук все же собравшегося с силами охотника открылась очень быстро. И опять не хватало слов, чтобы поздороваться первому. Или даже честно признаться улыбающейся Кэрол, что выглядит она просто изумительно.

– Доброе утро, Дэрил, - пропустила соседка его в дом.
– Мы тебя уже ждем. Андреа сейчас спустится, она почти готова.

Хотелось что-то сказать ей в ответ, назвать по имени или даже пошутить, но, как назло, ничего умного в голову не приходило, и Диксон лишь мялся у порога, переведя выжидающий взгляд на коридор. Внезапно поднявшаяся к его волосам тонкая рука Кэрол заставила его резко отшатнуться, а женщину опустить глаза. Ну почему он никак не мог привыкнуть к тому, что считается вполне нормальным среди всех прочих людей? Обычное прикосновение – что в нем плохого? Наверное, то, что большинство прикосновений в его жизни были слишком болезненными. А те немногие, которые дарили ласку, тоже не будили приятных воспоминаний.

Мать, которая порой проникалась нежностью к младшему сыну, ушла из жизни слишком рано, причем по собственной вине, чего мальчик еще долго не мог простить ей, вспоминая поцелуи перед сном. А касания Стейси только доказали лишний раз, что верить подобной ласке нельзя. Слишком многого он ждет от совсем обычных движений. Слишком много значения сам придает каждому нежному жесту, взгляду или слову в свою сторону. Что-то там, глубоко в душе, очень хочет поверить и принять тепло. И совсем не желает понимать, что это тепло предназначено не только ему и не навсегда.

И пусть сейчас он готов был рискнуть и снова поверить во что-то совершенно сказочное и необыкновенное – привычки так быстро не искоренялись.

– Сними сам, - подняла на Дэрила сочувствующий взгляд Кэрол и пояснила при виде выражения недоумения на его лице.
– У тебя в волосах лист.

– Я… - сжав в пальцах лист с какого-то дерева и осознав, каким идиотом он выглядел, мужчина не знал, стоит ли извиняться в который раз или лучше промолчать, как обычно.

– Все в порядке, - грустно улыбнулась женщина.

– Доброе утро! Хорошо, что ты уже тут, - вышла, наконец наряженная в яркий костюм блондинка, очевидно, планирующая покорять будущего работодателя не только своими профессиональными качествами.
– Как я выгляжу?

– Офигенно, - хмыкнул Диксон, едва взглянув на Андреа.
– Идем уже.

– А как я? Привет, Дэрил!
– выскочила и София, уже собранная в школу и тоже наряженная сверх меры.

– Лучше всех, Веснушка, - уже более искренне улыбнулся он, ощущая непривычную радость при виде счастливых глаз ребенка.

– А мама?
– тут же испортила все впечатление о себе эта хитрюга, заставляя охотника бросить торопливый взгляд на накинувшую черное пальто Кэрол.

– Нормально, - буркнул он смущенно, разворачиваясь к двери и понимая, что ответ был не из лучших.

Но как говорить сейчас при всех, какая она необыкновенная? Все эти глупые слова, которые даже, вполне возможно, он бы и вспомнил, постаравшись, все равно казались не такими правильными и подходящими, чтобы описать, какая она изящная, нежная, хрупкая, как ей идет это строгое пальто, облегающее фигуру и делающее глаза совсем синими, как согревает ее легкая улыбка, и как ему хочется бросить все и остаться с ней. Только вдвоем.

– Что, запас комплиментов исчерпан?
– покосилась на вышедшего охотника Андреа, с трудом догоняя его на своих высоких каблуках и протягивая сумку.
– Никогда не говори женщинам, что они выглядят «нормально». Это звучит некрасиво.

– Тебе какое дело?
– насупился Дэрил, не сразу сообразивший, зачем эта надоедливая блондинка протягивает ему свои вещи – оказывается, она рассчитывала, что он поможет ей их донести.

– Никакого, - пожала плечами женщина, все же сунув Диксону в руку свою, в самом деле, тяжелую сумку.
– Я хотела как лучше, но как знаешь. Ладно, твое дело. Расскажи тогда о Блейке. Я надеюсь, он на твоего брата не похож?