Вайолет расфокусированно смотрела на один из автокондиционеров с правой стороны от руля и посасывала губы.

— Думаешь, мы в безопасности здесь?

Тейт, продолжавший сжимать и разжимать кулак, замер, затем сглотнул, медленно моргнул и развернулся на сидении. Он долго смотрел на Вайолет, как будто передавал ответ телепатически. Та все больше чувствовала смущение, губы начали подрагивать, и девушка попыталась отвернуться к окну.

— Вай, послушай, — остановил ее юноша. Тейт собирался с мыслями.
– То, что сегодня произошло — такого больше не повторится. Это нелепая случайность, что ты оказалась в машине со мной. Больше ты не подвергнешься такой опасности, — Тейт придвинулся ближе, видя, как Вайолет пытается спрятать лицо. — Кто бы ни был в том Седане, выслеживали они меня. Только меня, слышишь? Ты не имеешь к этому отношения, — голос звучал предельно серьезно. Вайолет молча подняла взгляд.

— Ты точно уверен, что не знаешь, чего он… или… они от тебя хотели?

Поджимая губы Тейт замотал головой из стороны в сторону. Влажные глаза казались наполненными слезами.

Вайолет выдохнула. Ссадина на лбу перестала саднить, но чесалась. Хотелось принять душ, словно на тело налип отвратительный налет из человеческих пороков, жестокости и страха.

— Кто бы это ни был, они точно не профессионалы, — произнесла девушка спустя какое-то время, вспомнив, как прервалась, не окончив свою мысль. Послышалось трение головы о подголовник. Вайолет откинула волосы. В глазах Тейта читался немой вопрос. — Обученные частные детективы или… не знаю… приспешники членов Ложи не выдали бы себя. Они бы следили по-тихому, мы бы и не узнали никогда. Это действительно был кто-то, кому ты чем-то насолил…

Тейт нахмурился. Его уставшее лицо освещалось редкими лучами выскальзывающего из-за пелены клочковатых облаков солнца. Юноша двинул головой, дабы скрыться от этого подобия прожектора и нашел ладошку Вайолет своей. Рука как обычно была теплой.

— Вай, — едва слышно позвал Тейт, — пообещай мне кое-что, — его голос напоминал тихое трение бархата о подарочную упаковку: таинственно, успокаивающе и многообещающе.

— Что?

— Пообещай верить мне, Вайолет, пообещай, — Тейт присел чуть ближе, крепко сжимая ее ладонь до покалывания в пальцах. — Я не позволю никому причинить тебе боль. Никто никогда не обидит тебя. Я разберусь со всем, но ты должна мне верить. Я правда не знаю, кто это мог бы быть, но, кто бы это ни был, тебя это не коснется.

Вайолет пыталась понять, почему Тейт все время делает акцент именно на этом. Неужели, опасность настолько велика, что ей действительно нужна помощь и защита? В голове стоял шум, сродни помехам на радиостанции. То, что она слышала, казалось слишком красивой и слишком нереальной сказкой. Что он не позволит сделать? Кого он будет защищать? Ее? Это плаксивое грустное существо? Глаза увлажнились. Тейт улыбнулся.

— Только не плачь. Все хорошо.

Вайолет кивнула, высовывая свою руку из его ладони, и с трудом втянула носом воздух, часто заморгав.

— Ну что, я думаю, мы можем отправляться. Как считаешь? — Снова бодрый Тейт, дамы и господа! Одним легким движением юноша захлопнул дверцу машины.

— А как же твоя рука?

Блондин неуклюже завозился с ремнем безопасности, сжимая серую грубую материю между большим и указательным пальцами. Услышав вопрос юноша улыбнулся.

— Ты умеешь водить?

— Н-нет…

— Тогда и не особо важно.

***

Солнце пробивалось через мокрую вечнозеленую крону аллеи, стволы то редели, то снова сгущались. Влажный туманный город был позади, теперь же открывались широкие просторы сочных полей. Форд пронесся мимо стада пасущихся коров, их тонкая угольная шерсть сияла. Мимо пролетали редкие участки, и каждый домик казался «тем самым местом», куда держал путь неизменный гид Вайолет, но кроссовер продолжал движение по узким асфальтированным дорожкам. Никто не говорил. Все были слишком уставшими и растерянными, чтобы что-то обсуждать.

Наконец, свернув за длинной земляной насыпью, Тейт притормозил на подъездной дорожке с открытой настежь калиткой из железных гладких прутьев. На территории располагался простенький белый домик с застекленной деревянной верандой. Рядом стоял припаркованный пикап Шевроле с открытым кузовом семьдесят третьего года выпуска.

Как только Тейт заглушил мотор, из-за кирпичной пристройки за пикапом выскочили две черно-белые собаки породы Бордер-колли и принялись громко оповещать хозяина о прибытии незваных гостей.

— Что нам даст одна ночь? Думаешь, завтра что-то изменится, и люди, искавшие тебя на маяке, больше не появятся? — шепнула Вайолет, словно собаки могли случайно подслушать.

— Это даст нам время. Когда Тревис пробьет номер мы будем на шаг впереди, будем знать, как действовать дальше.

Собаки мельтешили перед Фордом. Тейт распахнул дверцу, бесстрашно вылезая из салона. К удивлению девушки, животные лишь приветливо обнюхали новоприбывшего, затем каждая принялась весело запрыгивать на юношу со всех сторон, цепляясь передними лапами за джинсы, виляя хвостами и высовывая розовые языки. Тейт с улыбкой трепал черно-белую шерсть пока входная дверь не отворилась и со ступенек не сошел мужчина в ветровке и серой шапке и не свистнул, подзывая собак по их кличкам.

— Здравствуйте, мое имя Тейт Лэнгдон, мой дядя Хьюго был с Вами знаком… — слышала Вайолет начавшуюся речь юноши. Дернув ручку, девушка выскочила на траву. Мужчина, машинально похлопывающий своих собак по лохматым головам, производил впечатление начитанного домоседа. Не старый, не потрепанный жизнью, свежий, даже какой-то блаженный. Слишком непривычный вид для того, кто занимается разведением овец и пастушьих собак, — … это Вайолет, — уловила слова юноши девушка. Пока Тейт говорил, мужчина радостно улыбался, слегка кивая.