Когда он произносит это вслух, признание звучит даже хуже, чем то, как он чувствует внутри. Джули явно думает так же – она молчит несколько секунд, и когда он, наконец, отрывает глаза от ручки, у нее отвисшая челюсть, а на лице что-то между растерянностью и ужасом. Несколько мгновений они просто смотрят друг на друга.

Затем она дает ему оплеуху.

– Что ж, это был пиздец какой глупый поступок! – говорит Джули с легкой улыбкой.

Микки не может сдержать смех – удивительно, но ему становится чуть-чуть полегче, впервые за последние дни.

– Нуу, черт, тем не менее у меня были причины.

– Унылое дерьмо, – парирует она тут же. – Любовь всей моей жизни – это не та фраза, которой разбрасываются направо и налево.

Микки смотрит на нее, широко открыв глаза.

– Возможно, – соглашается он наконец и снова смотрит на свои руки.

У него нет ни малейшего понятия о том, правильно ли он поступает, и от этого ему еще хуже. Гораздо хуже, чем он мог себе представить. Но он делает это для Мэлли, и сейчас трудно сказать, принесет ли ей это пользу в будущем. Он считал, что да. Он и теперь так считает, или… Бля. Он и понятия не имеет.

– Совершенно точно, – настаивает Джули. Она уже не такая красная, небольшое смущение в ее глазах уступило место ее обычной решительности. – Короче, что ты собираешься с этим делать?

***

По дороге домой Микки размышляет, какая у него чертовски ебанутая жизнь.

Мэлли не в настроении шалить, за что он благодарен ей как никогда. Они укладываются вместе на диване, Микки включает один из ее любимых мультиков, она устраивается у него на груди и смотрит. Вскоре девочка засыпает, а у Микки не поднимается рука, чтобы переложить ее. Он смотрит вниз на ее кудрявые волосы, на пухлые ручонки, вцепившиеся в его рубашку.

Иногда ему самому не верится, что он так сильно любит ее. Но сейчас он думает о том, что даже любовь к ней совсем не помогает ему скучать по Йену меньше.

========== Часть 24 ==========

Микки впервые идет к Мэнди в кафешку, поскольку с некоторых пор избегает ее квартиры. Не то чтобы раньше он сознательно не бывал у нее на работе, но туда надо добираться на автобусе, а Микки был вполне счастлив в своем маленьком уголке Филли, не слишком часто выбираясь в другие части города. Однако он скучает по своей сестре – они виделись всего несколько раз с тех пор, как он расстался с Йеном, потому что он не думает, что способен справиться с походом в их квартиру. Если не считать случаев, когда Мэнди приходила к нему, они общаются с помощью ехидных смс-ок, и иногда отправляют друг другу ссылки на видеоролики с котами на YouTube, что вполне нормально на пару недель, но прошел почти месяц, и Мэлли соскучилась по тете так же сильно, как и Микки.

Однажды вечером они отваживаются на путешествие в общественном транспорте, и через двадцать минут попадают в кафе.

Оно оказывается именно такой дырой, как Микки себе и представлял. В неоновой вывеске на входе недостает пары букв, лавка, на которой он сидит, покрыта подозрительно похожими на кровь пятнами, а на Мэнди совершенно идиотская розовая униформа, которая к тому же не подходит ей по размеру.

И все равно это здорово – встретиться с ней.

Заметив их, Мэнди объявляет своему менеджеру, что у нее перерыв. Она приносит чашку кофе для Микки и сок для Мэлли, и пока Микки пристраивает Мэлли на один из сломанных высоких стульев, Мэнди усаживается на скамью рядом с ним.

– Мэээ-ди! – радостно кричит Мэлли, как только замечает свою тетушку. Мэнди улыбается и целует Мэлли в макушку.

– Рада тебя видеть, – говорит она и строит ей смешные рожицы, заставляя Мэлли давиться от хохота. Потом поворачивается к Микки и становится немного более серьезной: – Тебя тоже.

– Ага, – отвечает он, ощущая внезапный комок в горле. – Скучал по тебе, Мэндс.

Какое-то время они просто улыбаются друг другу, пока она не говорит ему перестать быть таким слюнтяем и обрушивает на него все, что с ней произошло за последнюю неделю. Микки закатывает глаза, но сидит с ней, пьет кофе и слушает ее. За прошедшее время это счастливейший момент в его жизни.

Если не считать того, что перед тем, как он собирается сделать последний глоток кофе, он слышит, как открывается дверь кафе и слишком знакомый голос окликает:

– Мэнди!

Мэнди замирает, смотрит через плечо Микки, и у него начинает крутить желудок. Он поворачивает голову, и все происходит как в замедленной съемке, только это ни фига не весело, как бывает в кино.

Йен здесь, он выглядит чертовски круто: щеки розовые от мороза, волосы взлохмачены и падают ему на глаза, на лице широкая сердечная улыбка, которая по-прежнему самая удивительная вещь, что Микки когда либо видел.

Когда Йен замечает, кто сидит рядом с Мэнди, улыбка сползает с его лица.

– Вот бля! – говорит Мэнди со своей обычной тактичностью.

Микки тошнит, он не может двинуться, не может дышать, не может делать ничего, только лишь смотреть на Йена.

– Не беспокойся, – говорит Йен, внезапно низким и печальным голосом. – Мы можем поговорить позже.

Он выходит за дверь до того, как Микки успевает сказать хоть слово.

Некоторое время Микки продолжает смотреть на пустое место, где только что стоял Йен. Потом он поворачивается к Мэнди, которая смотрит на него с ничего не выражающим лицом, приподняв бровь. Микки качает головой в ответ и допивает кофе.