Джусик мог расслышать бормотание и шорох на другом конце комлинка. В конце концов, ворота разошлись с металлическим скрежетом. Джусик вошел, сопровождаемый по бокам Скиратой, Ордо и Фаем. Когда они подошли к внутренним дверям, их встретила испуганно выглядевшая женщина в халате медика.

— Нам пока что не приказывали эвакуироваться, господин Херрис. — Она поспешила провести их внутрь, все время косясь на небо, хотя высокие здания вокруг центра и закрывали вид на сражение. — Внизу у нас есть аварийное убежище, но здешним пациентам нужна охрана и уход, а у нас нет ни персонала ни дроидов…

— Где ваш директор?

— Он отправился домой, проведать семью, когда началось сражение. Он не вернулся и не связывался с нами. Я просто старшая медсестра, и мне приходится командовать.

Это было прекрасно. Большая шишка сбежала, и вся ответственность свалилась на плечи этой несчастной женщины. Джусику даже не потребовалось разыгрывать сочувствие,

— Значит, я могу решить для вас хотя бы одну проблему. — сказал он. Кивком он показал на Ордо и Фая. Все в порядке. Я привел собой армию и вы можете мне верить.

— Мы имеем предписание забрать в безопасное место одного из ваших пациентов, доктора Куэйл Утан, на случай если город падет, и ее попытаются найти сепаратисты. Будьте так любезны, проводите нас к ней.

Джусик протянул поддельный документ из офиса Канцлера. Женщина приняла его. Впрочем, она явно понятия не имела, как его проверить.

— Сюда, — сказала она, поднимая деку. Она взглянула на Скирату. — А вы захватили наручники?

Она явно решила, что тот наемный телохранитель. Джусик не стал смотреть Скирате в глаза.

— Возможно, они нам и не понадобятся, мэм. — ответил Скирата самым лучшим своим сержантским тоном. — Но нам, конечно, потребуются все детали о лечении, которое она получала.

Двери разошлись и Джусику понадобилось постараться, чтобы не почувствовать то, что происходило вокруг. Ему так и не удалось полностью избавиться от воспоминаний о первом визите. Вспоминать беспокойные души, которых он коснулся здесь через Силу, было подобно расчесыванию старой раны, это лишь причиняло новую боль. И они всё еще были здесь. Он отчаянно старался закрыть свой разум от них.

Когда он шел по ковровым дорожкам в коридорах, он снова почувствовал тот разум — тот, что не был оторван от реальности, и не должен был оказаться здесь, запертый по причине, которую он так и не узнал. И он знал, что не может остановиться и вмешаться.

«Я должен. Как я могу пройти мимо?»

Но он прошел. У него был долг перед его братьями, и на данный момент нужды клон — солдатов стояли на первом месте. Джусик не собирался рассуждать о меньшем зле и искать себе прощения. Он просто принял то, что он должен сделать постыдные вещи, и что ему с этим жить.

— Уютное местечко. — сказал Скирата себе под нос. — Должно быть, содержать его обходится в копеечку.

Джусик слышал голоса. С одной стороны доносились рыдания, время от времени раздавались крики; наверное, пациенты смогли услышать бомбардировку. Он мог поклясться, что снова услышал тот язык, который заставил его подумать что кто — то говорит на Мэндо'а. Скирата на него не отреагировал. Но слух Скираты был подпорчен годами на полях сражений, и, возможно, он просто его не расслышал.

— Это палата доктора Утан. — сказала медсестра, отперев двери и сделав пару шагов назад. — Она в вашем распоряжении.

Скирата повел плечами, заставив бантовую куртку скрипнуть. Утан все они были знакомы не лучше, чем какой — нибудь хатт; впрочем, она знала как выглядят клоны, а Фай участвовал в ее похищении. Придется кое — что объяснить, когда будут сняты шлемы. Впрочем, тогда спорить будет уже чересчур поздно.

Утан сидела за своим столом, делая пометки в деке, словно у нее не было никаких забот, кроме напряженного графика. Она подняла взгляд на Джусика.

— А, снова вы. — сказала она. Дернув головой, она указала на мир над ее палатой. — Надеюсь, они разнесут вашу прогнившую маленькую планетку в хлам.

Джусик улыбнулся, сложил руки перед собой и понизил голос до шепота.

— Я же сказал, что прослежу за этим, когда вы просили об освобождении, доктор Утан. — сказал он. — И я выполнил обещание. Но я не работаю на Республику. Хотите покинуть это заведение?

Выражение непреходящего презрения на ее лице исчезло, словно растаявший снег.

— И кто же вы?

— Просто мандалорианин, делающий свою работу, мэм.

У нее был мандалорианский охранник на Квиилуре, Гез Хокан. Она могла быть о нем не лучшего мнения, но слово на «М» для нее означало дружественные силы.