Вышли они из академии сразу после того, как Бьякуе вручили документы Ичиго с дипломом академии. Обучался новый член клана, по документам, всего три дня, после чего сдал экзамены на высший балл и был рекомендован для принятия в готей-тринадцать. Коротко пробежавшись взглядом по строчкам в документе, Бьякуя с помощью сюнпо отправился обратно в поместье, коротко приказав Ичиго и Рукии следовать за ним.

Зайдя, наконец, в свой кабинет, глава клана Кучики испытал облегчение и уже мыслями был в кабинете главнокомандующего.

Ичиго стоял напротив и нагло разглядывал пейзаж на стене, Рукия же наоборот – эталон кротости и послушания, вежливо склонилась перед братом.

– Ни-сама, что же нам теперь делать? – спросила Рукия, коротко взглянув на брата. Бьякуя, отвлёкшись от разглядывания Ичиго, ответил ей:

– Теперь – к главнокомандующему. Он сказал вчера, что будет приглядывать за успехами Ичиго. Ичиго! – повысил голос Кучики, отвлекая оного рыжеволосого синигами от панно. Ичиго развернулся и заметил, так же коротко:

– Тогда, чего мы ждём?

– Ничего. Всё, разговор окончен, – Бьякуя переложил документы нового синигами в папку и захватив её, поднялся на ноги, – Пошли.

Трое Кучики отправились с помощью сюнпо к вратам сейрейтея. Добравшись до них через пару минут, капитан шестого отряда открыл небольшую дверцу в воротах и пришедшие вошли внутрь.

Сразу за воротами была площадь, а за ней – довольно однообразные строения, на взгляд километров эдак на десять вокруг. В центре города возвышалась скала, как в Минас-Тирит… Бьякуя уверенно ступил на крышу ближайшего здания и, дождавшись, пока остальные последуют за ним, обернулся, коротко сказав:

– Рукия, ты свободна.

Рукия, сказав «Да, ни-сама», тут же умчалась куда-то. А Ичиго последовал за Бьякуей. Через десяток минут бега по крышам, они, наконец, добрались до здания, расположенного у самого подножия горы и чуть выше остальных зданий.

– Это казармы первого отряда, они же кабинет главнокомандующего. Вся бюрократия расположена здесь, – сказал Бьякуя, приземляясь на балкон-мансарду. Ичиго кивнул, осматриваясь. Большое административное здание в классическом средневековом стиле – дерево, бумага, бумага, дерево… И люди. Ну, то есть синигами.

Бьякуя уверенно пошёл к командующему и, коротко спросив у секретаря «у себя?», прошёл внутрь. Ичиго следовал за Бьякуей, отставая на пару шагов.

Командующий, лысый старик, весь в шрамах и с грубым командным голосом привстал:

– Что такое, Кучики Бьякуя? – спросил он. Ичиго старался избежать взгляда старика, но не вышло и он был придирчиво осмотрен от головы до пят.

– Я привёл Кучики Ичиго, – протянул Бьякуя документ, выданный в академии. Генрюсай принял лист и, прочтя его, нахмурился.

– Что ж, если Ёсисада-кун считает, что Ичиго не место в академии, то пускай будет так.

– И ещё, Генрюсай-доно… – сказал Бьякуя. Главнокомандующий строго посмотрел на капитана, вызвав у того небольшую робость.

– Что?

– Зал… Для тренировок. И проверки сил… – замялся Бьякуя.

– Говори прямо, Бьякуя! – потребовал Ямамото.

– Он разрушен. – Сказал глава клана Кучики и приготовился к буре. Ямамото вспомнил, что это за зал и посмотрел на Бьякую, требуя ответа. Кучики тут же ответил на незаданный вопрос:

– Это Ичиго. Его проверяли.

Густая седая бровь Ямамото поползла вверх. И он по-новому взглянул на рыжеволосого.

– Нда… Ещё что-то, Кучики Бьякуя? – намекнул Ямамото на то, что пора бы ему с Ичиго поговорить тет-а-тет.

– Директор академии просил меня передать вам, что через неделю экзамены, а зал можете восстановить только вы…

– Хорошо, я сделаю это. Свободен, – сказал Ямамото, привстав. Бьякуя поклонился и исчез в сюнпо.

Когда реяцу Кучики удалилась, Ямамото посмотрел на новобранца.

– Итак, молодой синигами. Для начала, расскажите, как вы разрушили защищённое помещение.

– Хадо номер девяносто шесть, – ответил Ичиго, вытянувшись по стойке «смирно».

– Вот как? И кто вас научил?

– Урахара Киске, – ответил Ичиго, пожирая начальство взглядом. Ямамото, заметив это, помахал Ичиго рукой и сказал:

– Да расслабься ты, присядь, расскажи по порядку. Итак, Урахара учил тебя. Чему он научил?

Ичиго, сев перед столом командующего, но всё еще, будучи напряжённым, ответил: