То, что накатывало на неё, вовсе не было безысходностью хотя бы потому, что Ая не была обычным человеком.

Конечно, многое, присущее людям, досталось ей от них по наследству: ей так же надо было есть и дышать, она так же нуждалась в любви и понимании, а любовь и понимание, которых ей недоставало, были точно такими же утопическими, и получить их было так же нереально, но была и огромная разница. То, что давал ей Бенжи, ложилось на благодатную почву не только её собственной любви, но и её собственного понимания.

Она видела будущее - и своё, и Бенжи. Она видела его так же ясно, как видела, например, капельки влаги на запотевшем от дыхания стектоните или сложенные на коленях руки, и будущее это было неизбежным.

Выходило так, что её 'я больше так не могу' означало то, что именно таким образом будущее изо всех сил стремилось быть реализованным.

Ая вздохнула и под шелест щекочущего между лопаток ветра без крыльев, солдатиком, скользнула вниз, в дыру.

26. 2330 год. Бенжи.

Будучи машиной, Бенжи вполне мог позволить себе не тратить время впустую.

'Дан-дан-дан', прозвонившее у него внутри, застало его в процессе трансформации бездействующих денежных средств в ссудный капитал. Для покупки челнока ему ещё не хватало чуть более пятнадцати миллионов евро.

– Привет, Бенжи, - сказало голосом Аи стучавшееся к нему сообщение.

– Привет, - откликнулся андроид, сдвигая приоритет финансовых операций в сторону и освобождая место для возможности поговорить.

И возможность не замедлила бабахнуть:

– Можешь забрать меня отсюда?
– спросила она.

Бенжи хладнокровно прикинул в уме последние политические веяния, собственные финансовые возможности и техническое состояние - своё и челнока:

– Да.

А потом, за те полсекунды, пока длился её облегчённый вздох, он понял, что дело вовсе не в том, что где-то случилось что-то нехорошее, требующее срочного вмешательства: судя по тому, что недавно пережил ирландский Манстер, всюду, где требовалось Аино вмешательство, она могла дотянуться сама.

Следовательно, выходило, что дело сейчас именно в нём, в Бенжи. Вот только откуда такая срочность?

– Откуда такая срочность?
– улыбнулся он.

– А когда начинается срочность? И в каких единицах её измерять?
– вопросом на вопрос ответила Ая, и в голосе её было столько удручённости, что улыбка медленно сползла у Бенжи с лица.

– Я всё понял. Хорошо, - согласился он и переключился на активацию местного вызова, по космопорту.

***

Сидящего за столом человека он безошибочно идентифицировал, как директора по операциям Орли Алера Лероя.

– Здравствуйте, мистер Лерой. Я бы хотел оплатить из частных средств полёт на околоземную орбиту.

– А почему вы пришли именно ко мне?
– поинтересовался тот.
– Фрахтом кораблей занимается чартерный отдел. Это не здесь.

– Дело в том, мистер Лерой, что это будет бербоут-чартер на Альфу, и в конечном итоге я бы хотел провезти на Землю реализата. Чартерный отдел говорит, что им нужна ваша виза.

Директор по операциям Орли оторвался от развёрнутого перед ним голографического экрана и внимательно окинул андроида взглядом с ног до головы:

– В принципе, в частно-финансируемом полёте в космос нет ничего экстраординарного. А с учётом специфики вашей основной работы бербоут-чартер ничем не отличается от обычного фрахтования судна вместе с пилотом. Если у вашего пассажира не будет проблем с миграционным контролем, вы можете провезти через терминал Орли кого угодно, хоть самого господа Бога. Давайте ваш договор.

– Спасибо, мистер Лерой, - расплылся в улыбке Бенжи, протягивая ему заполненный бланк.

Сборы прошли второпях, потому что время взлёта, выданное ему дежурным диспетчером, только-только позволяло отстреляться с оплатой фрахта, технической инспекцией, гостевой визой для Аи, топливом и пошлинным сбором.

Однако по большому счёту то, что смущало выдававшего задание на полёт диспетчера, самого Бенжи лишь подзадоривало: он гладко укладывался в собственные расчёты. Перед самым вылетом он позвонил Ае, чтобы сказать только одно слово: