– Давайте, я тоже выпью чаю, а потом поеду домой.

– И всё же, есть какие-то признаки, выдающие, что девушка увлеклась, влюбилась? – раскрыв страницу и держа ручку, Кюхён смахивал на досужего журналиста. Нора чувствовала себя интервьюируемой, но не смущалась. Ей приходилось давать и интервью, и рецензии, и высказывать публично критику. Всё-таки, хоть и не знаменитость, но она важный человек в своей профессии.

– Конечно же есть, но они у всех женщин разные. – стараясь не судить по себе, Нора пыталась сформулировать какой-то четкий тезис. Кюхён отпил сок-фреш, готовясь конспектировать, а она кружила плавно маленькой ложечкой в белоснежной чашке с молочным улуном, растворяя один кубик тростникового сахара. – Допустим, смелые и откровенные девушки стараются трогать и касаться парней, которые им нравятся. Замкнутые и стеснительные, напротив, позволят себе коснуться только того, которого не рассматривают, как объект влечения, а понравившегося не коснутся ни за что, пока он не сделает это первым. Или взять взгляд. Есть склонные к флирту – они будут ловить его и играть в переглядки. А есть самолюбивые, надменные, или скромные, которые отведут глаза и никогда не решатся подолгу смотреть на того, что завладел сердцем и мыслями. Голос тоже меняется от того, с кем говоришь, и опять же всё сводится к характеру и темпераменту… я не могу дать однозначного рецепта, поскольку не знаю, о ком мы говорим.

– И, наверное, есть женщины, умеющие никак не выдавать своих чувств? – задумался Кюхён.

– Да, как и мужчины. Все мы в той или иной степени актеры, только превращаем театральную игру в спортивное состязание. В межполовых отношениях зачем-то люди стали видеть друг в друге соперников, а не партнеров.

– Общество стало потребительским, и капитализм, рынок, просматривается во всем. Отношения такой же бизнес, а товар – удовольствие и любовь. Никто не хочет вкладывать больше, чем получит.

– А порой ничего и не вкладывают, - пожала плечами Нора, саркастично покривив губами. – И удивляются, почему же нет прибыли? Нет, нельзя рассматривать любовь, как экономический процесс. Помните, что писал Кант? Человек для человека должен быть только целью, но никогда средством.

– Он мерил этим моральное и аморальное, если я не ошибаюсь, - Кюхён вальяжно откинулся, пометив что-то в тетради. – Но что поделать, если женщины любят аморальное? Законы любви говорят об одном, но по факту они не работают и никому неинтересны.

– Женщины вовсе не любят аморальное, - попыталась отпереться Нора. Ох, сейчас она ему объяснит, кто главный рассадник порока! Мужской пол – вот инфлюэнца! – Если уж говорить о любителях не того, что нужно, то мужчины…

– Нет-нет, подождите, не переводите темы, - остановил её Кюхен и вернулся вперед, опершись локтями на стол. – Если хотите, то о нас тоже потом поговорим, но для начала разберем вас – женщин. Вы станете отрицать, что предпочтёте опасного, не внушающего доверия и соблазняющего вас гангстера простому, честному и верному клерку?

– А вы не подменяйте понятие «хорошего» «скучным». Вам не кажется, что плохим быть проще, чем интересным, и мужчины сворачивают не туда?

– А как вы себе представляете хорошего – интересным? – напирал Кюхён.

– Я как-то вообще не думаю о том, какие мужчины должны быть, так что спрашивать меня…

– Да, я спрашиваю вас, госпожа Чхве. – отпил из стакана парень и твердо им стукнул. Нора ухватилась за ручку чашечки, думая, стоит ли увиливать или говорить прямо, как думает она. – Как это - хороший и интересный?

– Ну, взять того же Д‘Артаньяна…

– Вы сами сказали, что он не положительный, - напомнил Кюхён. – Так же? Так. Он подвержен порокам, неудержимый, легкомысленный. Он интересен за счет того, что регулярно плох.

– Хорошо, это неудачный пример.

– Приведите удачный. – бросил вызов студент преподавательнице и затаился, выжидая. Норе показалось, что так бешено её мозги не работали никогда. Разве что на защите кандидатской. Вот привязался же, клещ досужий!

– Айвенго. – выдала она, почему-то вспомнив Вальтера Скотта. Тот рыцарь точно был без сучка, без задоринки.

– Айвенго? – усмехнулся Кюхён. – То есть, вы, когда читали это произведение, мечтали о таком мужчине, как Айвенго? Топорном, с деревянными понятиями чести и наплевавшим на бедную еврейку, которая была в него влюблена, потому что, видите ли, у него там уже есть возлюбленная и ничего другого в упор он не видит? Вам был интересен этот персонаж, серьёзно?

Нора не подозревала, что Кюхён и до сюда залез. Читать Вальтера Скотта в наши дни – нонсенс, а тем более парню! Да что ж за акселерат-вундеркинд!

– Айвенго – общепринятый эталон женских страстей.

– Госпожа Чхве, я не подозревал в вас трусости и лживости. Вы преподаёте социологию, но подаёте мне плохой пример, что не можете сказать свою лично точку зрения. Или вы её стыдитесь? – Нора шумно выдохнула, опустошив чашку и бряцнув ей по блюдечку. В самом деле, если она воспитывает новое поколение через знания об обществе, то нужно и самой в этом обществе вести себя достойно.