– Я влюбилась однажды… ещё в университете… это принесло мне слишком много боли, и с тех пор я стараюсь не попадаться на удочку.

– Ничего не скажешь! Один кратковременный раз за тридцать пять лет – этого достаточно! – посмеялся беззлобно старик, и Нора повесила нос. Да, этого мало, но где ему понять то, что она испытала тогда?

– Дело ведь не в том, что я не хочу любить, а в том, что я не хочу любить тех, в кого могу влюбиться и, тем более, не хочу любить безответно.

– Чтобы научиться побеждать, нужно уметь и проигрывать! – стукнул указательным пальцем по столу старик и несколько раз потыкал им на месте. – Ты что, боишься любить бескорыстно? Тебе нужно заранее знать, что что-то получишь взамен? Капиталистка! Ошиблась однажды и решила, что судьба к тебе слишком сурова, спряталась? Проигранная битва – это не проигранная война! Ты ничему не научилась, если уходишь от брошенных вызовов, вместо того, чтобы отвечать на них.

– Да я же не против! Лишь бы достойный был кандидат…

– Так сделай его достойным.

– Это невозможно, если сам он не хочет...

– А ты заставь захотеть.

– Это невозможно.

– Ты доцент или школьница? – профессор Ли нахмурился седыми бровями. – Нора, когда любишь, то никогда не назовешь человека плохим, будь у него прорва недостатков, ты ему все их простишь и отнесешься к ним снисходительно. О какой же любви ты говоришь, если всегда остаёшься при мнении, что любишь плохого? Ты никогда до конца не погружаешься в любовь, ты противостоишь объекту и затаиваешься, предвкушая какое-то зло, ожидая его. Ты не пытаешься соединиться и стать союзницей для любимого человека, ты всегда по другую сторону, на которую собственноручно себя выгоняешь.

– Но это произошло после того случая…

– Так ли это? А, может, тот случай произошел, потому что ты всегда делала такую расстановку? – Сколько раз с тех пор она приходила к выводу, что первая трагедия её любви и любовью-то, в итоге, вовсе не оказалась! И сейчас, когда уже совсем забыли детали и даже малейшие чувства, Нора хорошо понимала, что ничего со своим первым парнем общего не имела, кроме секса. Ни о каком единении речи не шло. Он был говорлив и ярок, постоянно таскал её в компании своих, таких же пустых и благополучных друзей, где умные и духовные темы были ни к месту, поэтому она никогда не делилась с ним своей страстью: наукой, социологией, не обсуждала с ним прочитанных книг, знала – ему это покажется глупым и ненужным, поскольку никак не относилось к материальному миру. Она часто приукрашивала стоимость своих вещей и старалась соответствовать ему, поскольку он был богаче и, несмотря на свою порядочность и интеллигентность, в упор не наблюдаемые в её бойфренде, Норе казалось, что он лучше неё и она его недостойна, даже когда замечала, что он напыщенный дурак. В конце концов, она не была с ним самой собой и постоянно осознавала, что они разные. Она даже не попыталась открыть себя ему такой, какой была. Стеснялась от неопытности, не умела, не видела смысла. И его она не принимала таким, какой он есть. Хотелось перевоспитать, научить чему-то, навязать свои ценности, чтобы перестал грезить деньгами, шмоткаим и машинами. Да, она противостояла ему и, несмотря на то, что считала себя влюбленной, никогда не бывала с ним до конца откровенной. Профессор Ли по теням на её лице выяснил всё, что ему требовалось. – Нора, я думаю, что даже тогда тебе было больно от того, что это ты допустила ошибку. Ты себе не могла простить, а не ему. Твоя самоуверенность страдала, а не любовь. На самом деле, я думаю, от настоящей любви-то ты никогда ещё не изводилась. Да и разве можно страдать от настоящей любви? Никогда. Она приносит только счастье, иначе она фальшивая. Кто бы ни был её объектом.

– Да, и любовь – это способность, и не зависит от того, есть ли кому её дарить, - смиренно вспомнила доцент кое-что из всё того же Фромма, которым так увлекся её дражайший ученик.

– Верно, и если ты так неистово способна обожать социологию, то уж на какого-нибудь парня тоже снизойдешь. – засмеялся профессор. – Если избавишься от своего эгоизма. Ты индивидуалистка, Нора. Ты считаешь, что достойных тебя мужчин не существует в природе, что все они не так умны, все очевидны и прозрачны – в большинстве, может, так и есть, - ты поставила мерилом ценности то, что имеешь сама – интеллект, и по его шкале меришь других, плевав на богатство, красоту и другие качества. Ты не допускаешь даже мысли, что кто-то дотянется до тебя, а тех, кто тянет на достойного, ты нарекаешь плохими, нейтрализуя равенство и смотря сверху вниз, чтобы тебе было спокойнее. Тогда ты не теряешь ощущения своей избранности и чувствуешь себя хозяйкой положения. Я не прав?

– Возможно, правы…

– Любви без равенства нет! Двое должны бороться с обстоятельствами, а не друг с другом.

– Значит, с моими вкусами всё нормально, и проблемы, как обычно, внутри меня?

– Думаю, что со студенческих времен ты сильно изменилась. Смогла бы ты влюбиться в того, кого любила тогда? – Нора едва не засмеялась. Она как-то видела фотографию своего бывшего в социальной сети. Округлился, поплохел, черты давно потеряли какую бы то ни было привлекательность для неё, а его глаза, полные поверхностного фатовства и ограниченности, кричали Норе о том, что она была слепа в молодости. Только идиотка будет мучиться по такому типу. Что ж, а вкус-то её, действительно, изменился и тот, кто был максимально приближен к образу тех, на кого она западала в университете – Шивон, сейчас никак не смог бы пробиться в её сердце.

– Знаете, вы правы. – женщина поднялась. – Мне нужно избавиться от страхов. Полюблю я кого-то или нет, всё-таки с возрастом нужно становиться добрее и мудрее. Десять лет одиночества – это большая честь тому, в ком я ошиблась…

– Опять надменность и чванство?

– Извините… - потупилась Нора. – И вообще, я пришла с тем, что мужчины плохи, а ухожу от вас с тем, что плоха я! Вы сексист, поддерживающий свой пол.

– Ты уходишь с простой истиной: хочешь изменить мир – начни с себя. Но дело-то не в перемене вкуса. Ты считаешь негодными всех мужчин. Умных и красивых – плохими, а добрых и заботливых – скучными. Научись любить человека любым, а не за качества, и тогда тебе никогда не будет страшно за свои чувства.

– Что ж, тогда сначала мне нужно найти подходящего человека, - хмыкнула Нора, направившись к двери. – Хотя разве такое ищут специально? Судьба всегда находит сама…

– Начни с того, что полюби людей в целом, не будь злюкой. – посоветовал ей в спину профессор Ли.

– Не будь злюкой… - повторила шепотом она, недовольно прожевывая эти слова, и громче добавила: - Хорошо, с первого же встречного! Кого увижу за этой дверью, на того распространю своё внутреннее тепло. До свидания!