— Ладно, Вуди, давай посмотрим расписание, — сказала Стефани. — Второй съемочной недели — ты все норовишь подсунуть первую. Брось, меня не проведешь. Лучше попробуй доказать, что овчинка стоит выделки.

Поняв, что его разоблачили, Вуди вытащил график второй недели съемок в Америке. Несколько минут Стефани изучала его.

— Ты давно работаешь с Мэтью?

— Десять лет.

— По-твоему, он сможет провернуть фокус с кранами за одно утро?

— Ничего другого не остается. С вертолетом проще: его можно взять в любое время.

— Нет, — произнесла Стефани. — Я на это не куплюсь.

В это время вошел Мэтью.

— Что значит «не куплюсь»? Вуди, неужели она пронюхала?

— Она пронюхала, — сурово ответила сама Стефани. — Влезли-таки в график со своими кранами! Ничего другого я от вас и не ожидала. Придется санкционировать. Только смотрите, чтобы у вас получилось. И еще. Ни в коем случае не сажайте в кабину актеров. Кадр и без того сложный. Часы будут отсчитывать не секунды, а доллары, помните это. — Она сладко улыбнулась и пошла наверх.

Мэтью довольно потер руки.

— Хейзел, звони в Голливуд Чепмену, подтверди предварительную заявку.

— Какую?

— На краны. Чтобы через десять дней их перегнали в Нью-Йорк. И вертолет. Вуди, ты заслужил выпивку. Мэриан, бери зонтик, идем пьянствовать.

— Кое у кого работы по горло, — заявила Джози.

— Поэтому я тебя и не приглашаю.

Мэриан обожала, когда он был в таком настроении, и поэтому забыла не только о корреспонденции, но и о своем намерении избегать Мэтью.

Это была их первая встреча после разговора в его квартире. Потом она тысячу раз прокрутила в уме все сказанное им — за исключением того, что касалось Стефани, это было слишком больно. Все же остальное носило настолько двусмысленный характер, что трудно было сделать определенные выводы, но интуиция подсказывала Мэриан: все будет хорошо. Воображение рисовало радужные картины; надежда нашептывала: нужно верить Мэтью, он придумает что-нибудь такое, отчего все будут счастливы.

Три дня спустя, дождливым субботним утром, тридцать два члена съемочной группы вылетели в Нью-Йорк самолетом авиакомпании «Бритиш эрлайнз»; остальным предстояло лететь днем позже. Съемки должны были начаться во вторник в Беннингтоне, где Оливия Гастингс училась в колледже. Мэриан была так возбуждена, что все восемь часов полета не сомкнула глаз. Она сидела между Мэтью и Вуди, который потчевал ее ужасными историями о том, что случается с новичками на съемках. Бронвен с Хейзел сидели в хвосте самолета; остальные рассредоточились по всему салону. Кто-то спал, кто-то пил.

Примерно на полпути Вуди уронил голову Мэриан на плечо и сладко захрапел. Мэтью накрыл руку девушки своей.

— Тебе не страшно? Теперь, когда Арт Дуглас рассказал тебе об Оливии?..

— Нет.

Мэтью колебался — предупредить ли Мэриан, что за ней следят? Пожалуй, не стоит: только волновать понапрасну. И потом, он мог ошибиться. Но нет — человек, сидевший через четыре ряда от них, был тот самый, что торчал в баре, где они выпивали несколько дней назад. А вчера кто-то очень похожий шатался вблизи их офиса.

— Смотри, не совершай опрометчивых поступков.

— Например?

— Например, не вздумай отправиться к Джоди, а затем скрыть это от меня.

Впрочем, это ей и не удалось бы. Люди Фрэнка Гастингса будут следить за каждым ее шагом.

И вот — незабываемый момент! Через шесть с половиной часов после взлета командир воздушного лайнера сообщил по радио, что слева от них в иллюминаторы видны очертания Манхэттена. В прошлый раз была такая скверная погода, что Мэриан ничего не разглядела. Зато сейчас центр Нью-Йорка предстал перед ней во всей красе — с пронзающими дымку зноя небоскребами. Она много раз видела его в кино и читала описания в книгах, но все это не шло ни в какое сравнение с настоящим Манхэттеном. Мэриан охватило волнение. У нее появилось суеверное чувство, будто Нью-Йорк станет поворотным пунктом для ее отношений с Мэтью.

Они прошли паспортный контроль, получили багаж, подверглись таможенному досмотру — и наконец шагнули из здания аэропорта Кеннеди в нью-йоркское пекло. К счастью, ожидавшие их лимузины были оборудованы кондиционерами. А в «Дорсете» Мэриан испытала огромное удовольствие от приема, оказанного ей швейцаром Тони.

— Ну и ну! Вас, барышня, прямо не узнать.

— «Юная леди», — поправила Хейзел, проходя мимо под руку с режиссером по свету Бобом Фэрли.

— Конечно. Рад вас видеть, мисс…