— Нет. Правда, мы провели вместе ночь. Он держал меня в объятиях, баюкал и рассказывал сказку — можешь себе представить? Это было очень приятно.

— Он не обладал тобой?

— Не мог. У него только что умерла жена, он был в трауре. Знаешь, после тебя он — лучший мужчина в мире!

Пол резко отстранился от нее и спрятал лицо в ладонях.

— Значит, ты бы ему позволила, если бы не смерть жены?..

— Нет! Нет! — Страх перед новой вспышкой ревности толкнул Мадлен на ложь. — Нет, Пол, я ни за что не отдалась бы другому.

— Ах, Мэдди, я так сильно тебя люблю, что не могу представить, чтобы другой мужчина обнимал тебя — и не загорелся страстью.

— Но ведь так и было.

— Клянешься?

— Клянусь.

— И ты не влюбилась в него?

— Как можно? Я люблю тебя.

— А пресса? Газеты постоянно намекают на ваш роман!

— Ты что, не знаешь газетчиков? Вечно ищут жареного.

С минуту он напряженно смотрел ей в глаза. И наконец улыбнулся.

— Да, конечно.

Утром, без четверти семь, Стефани зашла в приемную, чтобы посмотреть составленное Вуди черновое расписание съемок в Италии. Но ей было трудно сосредоточиться. Она провела почти бессонную ночь — впрочем, это стало привычным делом. У нее не укладывалось в голове, как стремительно и радикально изменились отношения Мэриан и Мэтью. Ее ревность к Мэриан перед поездкой в Нью-Йорк не шла ни в какое сравнение с нынешней агонией. Все было так ужасно, что она боялась, как бы это не отразилось на работе. Ведь если Мэтью действительно уйдет к Мэриан, у нее не останется ничего, кроме работы. Все ее существо было охвачено отчаянием. Господи, безмолвно молилась она, дай мне силы закончить этот фильм. Если он скажет, что между нами все кончено, я просто не выдержу. Пусть это случится как-нибудь потом, когда не нужно будет каждый день встречаться. О Мэтью, что с нами происходит? Стоило столько страдать, чтобы все так кончилось!

Стефани мысленно встряхнулась и заставила себя сконцентрировать внимание на графике, но почерк Мэтью внизу листа вызвал на ее устах жалкую улыбку. Она отложила график и посмотрелась в зеркало над столом Хейзел.

— Господи, я начинаю выглядеть на свои годы!

— Я бы не сказал.

Стефани резко повернулась, и у нее дрогнуло сердце: в дверях стоял Мэтью.

— Я не слышала, как ты вошел.

— Слишком увлеклась разговором с собой.

Не в силах вынести его ухмылку, она посмотрела на часы.

— Разве ты не должен быть на съемочной площадке?

— Они еще не расставили аппаратуру. Я звонил тебе утром, но ты уже ушла. Думал, ты поехала на место съемок, а когда тебя и там не оказалось, решил поискать здесь.

Он подошел к ней и стоял так близко, что Стефани ощущала принесенный им с улицы свежий воздух. Она засунула руки в карманы, чтобы не поддаться искушению до него дотронуться.

— Ты хотел что-нибудь обсудить?

— По-твоему, нечего?

Она хотела отвернуться, но он взял ее за плечи.

— В чем дело, Стефани? Почему ты меня избегаешь?

— Неужели нужно спрашивать? — произнесла она голосом, в котором чувствовались слезы.

— Нет, — устало ответил Мэтью и отпустил ее. — Не нужно. Ты ждешь от меня не вопросов, а объяснений. Вот только с чего начать? Где взять точные слова?

Стефани вся напряглась. Вот сейчас он скажет…

— Не надо, Мэтью!

Он смотрел на улицу. Стефани проследила за его взглядом и запаниковала, увидев, как Мэриан переходит через дорогу. Скорее бежать отсюда! Невыносимо видеть их вместе!

— Стефани! — крикнул Мэтью и бросился за ней. Он перехватил ее у самой двери — как раз в тот момент, когда вошла Мэриан.

— Извините… Я обещала прийти пораньше… Но я могу прогуляться…

— Ничего, — сказал Мэтью. — Мы со Стефани как раз… Стефани!

Но она вырвалась и побежала наверх. Он выругался про себя.

— Извини, — пролепетала Мэриан. — Если бы я знала… Я думала, здесь никого нет.

— Не оправдывайся, ты тут ни при чем. Я сам во всем виноват. Пойду к ней.

— Не ходи!

Почти повелительный тон заставил Мэтью обернуться.

— Не ходи, — уже более спокойно повторила Мэриан. — Я сама с ней поговорю. Ты много раз пытался — и все без толку. Я понимаю, нельзя открыть ей тайну Оливии, но ведь с этого все и началось. Стефани загнана в угол, она не понимает, что происходит, почему мы умолкаем, когда она входит в комнату, почему ты повсюду следуешь за мной…

— И как ты все это объяснишь?

— Не знаю, но будем надеяться, что у меня получится лучше, чем у тебя.