Шрифт:
А также:
Без друга в сердце пусто, А без детей пустынно в твоем доме. | Страна пуста для глупых, Для бедняка пустынно все. (80) arДа ведь:
Пускай и чувства неизменны, и то же имя, И тот же ум неповрежденный, и те же речи, | Но если вдруг блеска богатства лишится смертный, Совсем другим станет тогда. Непонятно это! (81) vasaК чему же подобным мне богатство, приносящее такие плоды? Да лучше уж, лишившись добра, я поселюсь теперь в лесу. Ведь сказано:
Живи лишь там, где чтут тебя, а где тебе почета нет, | Беги оттуда, будь хоть ты на колеснице средь богов. (82) Уж лучше бедствия терпеть, храня достоинство свое, | Чем наслаждения вкушать, бесчестьем оскверненные». (83)И затем я подумала: «Смерти подобно горе нищеты. Ведь:
Изгрызли черви дерево, и опалил его огонь, | Скривился ствол его, и все ж оно счастливей бедняка. (84)И также:
Потеря разума, обитель многих бед || и тщетных размышлений, Синоним слова «смерть», пристанище тоски, || забот бездонный кладезь, | Ничтожество само, убежище невзгод, || утрата блеска славы — Для мудрых — нищета. В ней с адом никакой || я разницы не вижу. (85) carduА также:
Рождает бедность стыд; охваченный стыдом, || свой блеск теряет смертный, Без блеска — униженье, а из-за него || он устает от мира; | Уставшего от мира мучает тоска, || тоска рассудок губит, Безумца ж гибель ждет. Увы! Нужда в деньгах — || начало всех несчастий. (86) carduИ кроме того:
Уж лучше, выпив яд, || навек уснуть || у Смерти в обители, Иль руки положить || в ужасный рот || змеи, полной ярости, | Или с крутой горы || сорваться вниз, || разбившися вдребезги, Чем радости вкушать, || нажив добро || путями порочными. (87) hariИ еще:
Пусть лучше бросится в огонь бедняк, лишившийся добра, | Чем станет помощи просить у бессердечного скупца. (88) Уж лучше со зверьми бродить среди непроходимых гор, | Чем слово жалобное «дай» печальным голосом твердить. (89)И как же еще можно жить при таких обстоятельствах? Что пользы воровать? Поступать так — еще хуже, от того что присваивается чужое. Ведь:
Уж лучше век молчать, || чем речи лживые вести бесстыдно, Уж лучше быть скопцом, || чем с похотью к чужой жене стремиться, | Уж лучше умереть, || чем наслаждаться клеветой на ближних, Уж лучше нищим быть, || чем забирать себе добро чужое. (90) cikhaНо, может быть, мне насыщаться чужой едой? Горе мне! О горе! И это подобно вратам смерти. Сказано ведь:
Кто болен, на чужбине, Чужую пищу ест и в доме спит чужом, | Подобна смерти жизнь того, А смерть ему покой приносит. (91) arПоэтому я непременно верну себе клад, который похитил Брихатспхиг. Ведь я видела ларец с кладом рядом с подушкой этих злодеев. Пусть уж лучше я погибну, унося свое добро! Ведь:
Коль кражу своего добра безмолвно терпит жалкий трус, | Не примут предки от него пригоршни жертвенной воды». (92)Поразмыслив так, я направилась туда, когда им овладел сон. Но лишь проделала я в ларце отверстие, как тот отшельник проснулся и ударил меня по голове расщепленной тростью. И я едва избежала гибели, потому что мне суждено было остаться в живых. Ведь:
Что суждено, то и получит смертный, Сам бог ему препятствовать не в силах. | Вот я и не дивлюсь, и не печалюсь: Что нам дано, не перейдет к другому». (93) upaВорон и черепаха спросили: «Как это?» Мышь рассказала:
Рассказ пятый
«Жил в одном городе купец по имени Сагарадатта [274] . Сын его достал книгу, купив ее за сто рупий [275] . И в ней было написано:
«Что суждено, то и получит смертный».
Увидев ее, Сагарадатта спросил сына: «Мальчик, за какую цену ты достал эту книгу?» Тот ответил: «За сто рупий». Услышав это, Сагарадатта сказал: «Тьфу! Дурак ты, что за сто рупий достал книгу, в которой написана лишь часть стиха. Как ты наживешь богатство с таким разумом? Не смей входить в мой дом с сегодняшнего дня». Так отругав, он прогнал его из дома. А тот с печалью отправился в другую отдаленную страну и, достигнув одного города, остановился в нем. И через несколько дней какой-то горожанин спросил его: «Откуда ты пришел? Как тебя звать?» Тот ответил:
274
275