— Вот взобрался Айртон на пиратский корабль. Глядь, а там пираты в карты надуваются…

Не удерживаюсь. Смеюсь.

— Что? Я неправильно сказал?..

Вечером при нем поссорились с женой. Утром собираюсь уходить на работу. Жена лежит на диване, отвернувшись к стене. Он бежит к ней. Зовет меня. Подхожу.

— Наклонись, папа.

Поворачивает лицо матери ко мне. Говорит ей:

— Поцелуй папу!..

Так он нас выводит на дорогу к миру.

Передача «Молодые исполнители». Великолепно играет скрипачка. Максим прибегает ко мне на кухню, где я готовлю обед.

— Папа, я немедленно хочу играть на скрипке либо на пианино.

И тут же убегает к телевизору.

Приходит снова минут через двадцать.

— Давай сделаем оркестр. Ты будешь играть на пианино, а я на флейте.

«Делаем» оркестр. Играем «Варяга», «То не тучи, грозовые облака», «Шаланды, полные кефали» (недавно он видел фильм «Два бойца»). Детские песни он почему-то не любит и не поет.

— Хорошо мы играли? Хорошо я придумал?

— Очень хорошо, — отвечаю.

— Когда мама придет, — говорит Максим, — она будет в нашем оркестре барабанщиком.

Рассказываю ему истории из жизни капитана Врун-геля. Смеется. Качает головой.

— Ой, папа… Недаром у него такая фамилия… у этого Врунгеля!.. Мне очень думается… он точь-в-точь знаешь кто? Барон Мюнхгаузен — этот брехун и придумщик! Вот он кто!

На телеэкране диктор. Говорит, приветливо улыбаясь:

— А теперь мы приглашаем к телевизору ребят. Смотрите приключения…

— Папа, почему она такая веселая женщинка?

Просит нарисовать казаков на лошадях:

— И раскрась поразукрасней, папа!

— Я сниму кинофильм про революцию. В кино я погибну, а на самом деле нет. Ты не бойся, папа.

Были с ним в поликлинике. По пути туда купили «Сказки и стихи» Пушкина. У кабинета врача, в ожидании приема, Максим показывал книжку мальчику. О чем-то оживленно говорил с ним.

Когда мы возвращались домой, я спросил, о чем была их беседа.

— Чуть было не пропала беседа. Мальчик не знал, кто такой Петр Первый. Видишь, какая странность!.. А ведь он самый умный царь. Про него и в книжке Пушкина написано… Вот я про это мальчику и рассказал…

Весь вечер рисовал Петра на коне.

— Почитай мне про Полтаву, папа.

Читаю ему отрывок из «Полтавы» Пушкина.

Читаю, а сам думаю: «Многое ему тут непонятно, много тут слов, которых он не знает…» Закончил чтение.

— Знаешь, папа… — сказал Максим, — это, как в «Бородине»!

Да, конечно же Лермонтов написал свое знаменитое стихотворение не без влияния пушкинских строк о Полтавской битве. И Максим почувствовал это влияние в описании боя.

Рассказ из жизни детского сада.

— Воспитательница сказала: «Кто хочет танцевать?» Вышли я и Алеша Долгов. Ну, сначала танцевали как следует. А потом начали колена придумывать…

— Зачем? — спрашиваю.

— Чтоб детей заинтересовать, — сказал Максим.

— Ну и как? Заинтересовали?

— Не очень…

— Мы играли в детском саду. Виталька меня назначил Александром Невским, а сам стал Юрием Долгоруким.

— Поздравляю тебя, — сказал я. — Видишь, а ты как-то тревожился — где мы возьмем Александра Невского.

— Да не-ет, папа, — улыбнулся Максим.

А что «нет» — не пояснил.