– Клянусь, - с чувством сказал он, а затем резко перевернул девушку на спину. Белла ахнула, а лицо вампира неожиданно осветила ее любимая кривоватая улыбка. – Но все же кое-что из обещаний я могу попытаться выполнить… если хочешь, - загадочно прошептал он, наклоняясь и скользя губами по ее шее. Белла замерла, а когда одно колено Эдварда раздвинуло ее ноги, сердце девушки зашлось в неровном ритме, а в глазах потемнело. Неужели он всерьез, подумала она, пытаясь вспомнить, как дышать, и услышала его тихий смех.

– По твоей реакции я смею предположить, что ответ – да, - нежно проворчал он девушке в ухо.

– Да, - немедленно выпалила она, задыхаясь и чувствуя новую волну жара во всем теле. Она неистово покраснела, но сейчас ее не волновало это – слишком отчаянным было желание.

– Это сделает тебя счастливой? – Эдвард серьезно смотрел на нее, но от головокружения девушка не могла ответить несколько секунд.

– Меня сделает счастливой все, что связано с тобой, - пробормотала она, думая, что ответить так будет более полно, но Эдвард ждал продолжения. – Да! Да! – добавила она поспешно, боясь, как бы ее вампир не передумал. Эдвард улыбнулся.

– Так я и думал, - прошептал он, наклоняясь для поцелуя.

Белла бродила, изучая город, с содроганием слушая крики Арнольда, раздающиеся из его комнаты в центральном домике на втором этаже. Эдвард с загадочным видом куда-то отлучился, пообещав вскоре вернуться.

Белла чувствовала себя на пороге чего-то волшебного. Именно это пообещал ей Эдвард утром, когда отстранился в самый разгар сладкого долгого поцелуя.

– Ты хочешь еще поспать? – вдруг спросил он, когда девушка буквально сгорала от желания, ожидая, что именно сейчас и произойдет то, чего она так давно хотела.

– Нет! – возмущенно воскликнула она, но Эдвард не дал ей снова начать целовать его. Улыбка вампира была понимающей и почти что счастливой, учитывая обстоятельства, однако он вновь прервал интимный момент.

– Белла, мы не сделаем этого прямо сейчас, - прошептал он и прижал палец к теплым губам, не позволяя ей спорить. – Посмотри на себя и на меня. Ты в копоти, твоя спина в крови, ее надо обработать. Я воняю этой зеленой дрянью. За стеной от боли кричит мужчина, сводя меня с ума. Неужели ты ТАК видишь нашу первую близость?

Белле ничего не оставалось, как сокрушенно вздохнуть – Эдвард, как всегда, был прав.

– У тебя есть какие-то идеи? – догадалась она.

– Да! – прошептал вампир и ослепительно улыбнулся, нежно перебирая локоны девушки. Судя по его загадочному лицу, он не собирался делиться со своей девушкой идеями.

– Ты знаешь, я не люблю сюрпризы, - нахмурилась Белла.

Вампир кривовато улыбнулся, хитро, как чеширский кот.

– Ну а я – люблю, - сообщил он, заставив Беллу пораженно застонать и закатить глаза. Она поняла, что не добьется ответа от него сейчас.

– Я постараюсь все сделать так, чтобы нам обоим это запомнилось, - прошептал он возбужденно девушке в ухо, целуя ее кожу. – Раз уж мы оказались в аду, я из кожи вон вылезу, но создам наш собственный кусочек рая. Ты подождешь немного?

– Да, - выдохнула Белла. А разве у нее был выбор, когда вампир так сладко обольщал ее? Если для него это важно, она согласна. Что ей стоит чуточку подождать! Тем более ей самой не нравилось чувствовать себя грязной и пыльной, а прикасаться к спутанным волосам вампира гораздо приятнее, когда они не вымазаны в засохшей зеленой вонючей массе.

И вот он ушел, уверив, что в городе ей ничто не грозит, но на всякий случай накрепко заперев ворота.

Белла нашла немного еды и умылась, как смогла, в ручье, протекающем прямо внутри города на восточной окраине. Чувствуя необходимость чем-то занять время, Белла обошла каждую комнату, собирая вещи и предметы, которые могли ей пригодиться. Она нашла расческу и привела волосы в порядок. А также отыскала аптечку. Все это Белла перенесла в их с Эдвардом комнату, туда же притащила оружие – посильнее револьверов.

Затем Белла рискнула навестить Арнольда. Ей было страшно увидеть агонию человека, но любопытство тоже было сильным. В конце концов, ей ведь предстоит так же мучиться и очень скоро, Белла хотела знать, как это выглядит. Она хотела бы чем-то помочь страдающему, но Эдвард объяснил, что они ничего не могут сделать – он даже не услышит их присутствия, настолько боль непереносима.

В ужасе замерев около двери, Белла в течение тридцати минут наблюдала за мечущимся Арнольдом. Только одно успокаивало девушку: если бы Эдвард не укусил его, глава города уже был бы мертв. В какой-то мере это оправдывало любые мучения. Три дня боли – зато человек будет жить, станет бессмертным и неуязвимым, сильным соперником тварям, которые привезли их всех сюда, чтобы убить, как скот на забое.