Его стон электрической волной прошел сквозь все мое тело, по венам побежал адреналин, равного которому я еще не испытывала в жизни. Я никогда ни одного мужчину не хотела так сильно, как Эдварда.

Может, это замкнутое пространство пещеры во всем виновато, и я действительно сошла с ума… Но в тот момент я не могла задумываться о том, что мы знакомы всего пару дней… равно как и о том, что ему всего семнадцать лет… В тот момент я хотела его настолько сильно, что вообще думать не могла.

Вторя моему желанию, губы Эдварда с большей жадностью впились в мои, практически не давая мне вдохнуть. Его руки на секунду отпустили плечи… но лишь для того, чтобы в следующий миг оказаться на талии, прижимая снова так сильно, что я изогнулась вперед, повторяя контуры его тела. Будто оно создано для меня… Идеально… И я почувствовала его желание. Моя голова запрокинулась, а из горла вырвался хриплый стон.

Острая потребность в продолжении поразила меня изнутри, словно болезнь. Я задышала очень громко, и тело мучительно заныло – ему было недостаточно того, что происходит.

Эдвард, казалось, разделяет мое влечение: его дыхание соперничало с моим по накалу страсти, а холодные губы переместились на горло и ключицы.

Обезумев от желания, которое росло с каждым мгновением, воспламеняя нервы и сжимая внутренности в сладкой истоме, я потянула за петельку, расстегивая молнию его гидрокостюма, и Эдвард пораженно ахнул, пытаясь отстраниться от меня. Его глаза горели огнем, в то время как он не мог решить, отбросить меня от себя или прижать к себе обратно. Он боролся с самим собой, но этого мгновения мне оказалось достаточно, чтобы понять, что делать дальше, чтобы добиться своего. Я была довольно упряма в достижении цели.

Моя рука шустро метнулась вниз по его животу, касаясь его мужского естества. Я знала, что делала. Редко какой мужчина смог бы устоять против такого напора, который я применила. Я буквально застала его врасплох.

– Белла… - выкрикнул он, но то, что он хотел сказать, утонуло в его бессильном шипении. Его руки снова сместились на мою талию, и пальцы сжались очень сильно. И он зарычал, словно дикий зверь, даже лицо стало яростным. Я видела мышцы, играющие под гидрокостюмом, и чувствовала, как руки Эдварда на моей талии превратились в кулаки, словно он снова пытается остановиться. Но он по-прежнему не оттолкнул меня. Даже если он разумом считал, что нужно прекратить, его тело говорило об обратном… Он желал продолжения так же сильно, как и я, а может, даже сильнее.

– Пожалуйста, Эдвард… - окрыленная успехом, я стала еще смелее. Он хотел меня, я чувствовала это своей рукой, когда водила ею вверх и вниз. Другая рука торопливо расстегивала молнию его гидрокостюма до конца, обнажала плечи. Губы не отрывались от его губ, и я снова пыталась всунуть язык в его рот… без особого успеха, но меня это не останавливало.

– Боже… - вырвалось у него, и его лицо стало совершенно ошеломленным, когда я убрала руку и резко сдернула с него латекс вниз, полностью обнажая до бедер. Он мог бы воспрепятствовать… но позволил мне сделать это, выдернув руки в прорези рукавов. Его дыхание стало тяжелым и хриплым, глаза загорелись, когда его пальцы вновь скользнули на мою талию и пробежались по спине. Я выгнулась, надеясь, что он сорвет с меня купальник, но он не сделал этого. Тогда я завела руки за спину и дернула за веревочки, снимая его сама.

– Белла… - его голос был полон отчаяния… и жажды.

– Пожалуйста… - повторяла я, спеша раздеться полностью, чтобы не дать ему возможность опомниться. Его лицо отражало мучительный выбор: страсть смешивалась в нем с сомнением… и страхом. Но, кажется, это слово действовало на него, как надо, подталкивая к нужному решению: - Пожалуйста!

Я никогда не чувствовала себя такой смелой и уверенной – нет, неправильно, снова отчаянной, - когда в новом порыве наклонилась, целуя его приоткрытые твердые губы. Я прижалась всем телом, стремясь к более тесному контакту, ощущая близость цели, близость победы, когда Эдвард пораженно простонал в ответ на мой отчаянный поцелуй.

Я не вполне отдавала себе отчет в том, что делаю. Я всегда жила для других – сначала для Рене, потом для Чарли. Потом позволяла мужчинам любить себя, чтобы сделать их счастливыми.

Возможно, пришла пора мне подумать немного о себе. Если это последний раз, когда мы видимся с Эдвардом, я хотела получить от этого мгновения как можно больше. Я хотела Эдварда. Впервые я хотела кого-то настолько сильно, что не могла устоять перед искушением протянуть руку и взять это. И неважно, какие причины нас разделяют.

– Остановись, - просил он вымученно, а его руки выдавали противоречие: они не отталкивали и не выпускали меня. И я не остановилась. Я была безжалостной и непреклонной. Такой же, как он, собирающийся оставить меня.

– Почему? – я лишь на мгновение замерла, глядя в его глаза, которые были абсолютно черными… и затуманенными страстью. Пугающими… но привлекательными.

Я должна была спросить. В конце концов, я не хотела быть растлительницей малолетнего… или насильницей… или, может, его религиозные убеждения не позволяли ему делать что-то… Не факт, что это бы меня остановило… но я должна была знать причину его отказа мне.