Ребята закивали головами.

— А если я скажу, что остановил он врагов, прорастив сквозь их тела деревья? Все органы, кровеносные сосуды, глаза, уши, рот — все пошло побегами, они просто разорвали магов изнутри.

Северус тяжело задышал, опустил нож, побледнели Джеймс и Сириус. Гарри терпеливо смотрела на их реакцию. Простые истины нужно объяснять сейчас, пока еще не стало слишком поздно. Первым начал директор, но ребята умны, они смогут сделать правильные выводы из сказанного.

— Даже темный дар не делает мага злым. А светлый — добрым. Гриндевальд не являлся чисто темным магом, таким же, как и все остальные, просто очень сильным. И на что он употребил свою силу?

— Мы можем найти информацию про того друида? — Сириус сжимал кулаки.

Недоверие понятно, сейчас их мир расцветает новыми гранями. Как раньше все было просто! Этот темный, значит, плохой, а этот — светлый, значит, хороший. Но разве можно назвать изначально плохим Регулуса или Нарциссу? И хорошим Джеймса, в самом начале знакомства со Снейпом? Все в мире относительно, им еще предстоит понять эту простую истину.

— Разумеется, подшивка газет и "История магии" под редакцией… — женщина наморщила лоб, припоминая. Из новых учебников эту информацию убрали, чтобы не падала тень на всех светлых волшебников. — Кажется, Арчибальда Графа. Все эти источники информации к вашим услугам.

— Мы можем?..

— Разрешаю, только не шумите слишком, ваш отец работает, мистер Поттер.

Сириус и Джеймс покинули помещение, а Северус ненадолго задержался, обернулся к магичке.

— Декан, вы… темная или светлая?

Гарри улыбнулась.

— А как вы считаете, мистер Снейп?

Гарри вытянулась на своей кровати. Наконец-то она вернулась домой. До учебного года оставалось всего несколько дней, она еще успеет отоспаться перед грядущими занятиями.

Система активировалась отлично, Чарльз провел все необходимые ритуалы, а Гарри создала порт-ключи для него, жены и сына. И все это время от мальчишек не было ни слуху, ни духу, они пропали из поля зрения. Дорея во время очередного чаепития таинственным шепотом сообщила, что они пропадают в библиотеке, поднимая подшивки газет за прошлые годы. Даже на обед не выходят, и леди простила им подобное пренебрежение правилами этикета, видя искреннюю заинтересованность в своем таинственном деле. Однако это не помешало ей приказать домовикам приглядывать за шебутными подростками. С них станется из интереса и демона вызвать, а последний демонолог Англии вот уже шестнадцать лет жил во Франции.

Наконец, они с Северусом вернулись домой. Гарри приготовила ужин, порадовавшись про себя, что плита, как и вся кухня, уцелела. Напрашивался вывод, что Сметвик опять жил на сухом пайке и питался чем-то неудобоваримым и резиновым в больничной столовой. Но тут уж ничего не попишешь, либо еда Гарри, либо ничего. Гиппократ смеялся, что после студенческих времен в медицинской Академии его желудок переваривает даже железо.

Стук в дверь прервал размышления. Гарри отложила книгу, накинула халат, оставив волосы распущенными. В такое время дома ее могли побеспокоить только двое, но Сметвик не стал бы стучаться, ведь это и его спальня тоже. Женщина заправила кровать, чтобы не смущать позднего визитера.

На пороге переминался неловко с ноги на ногу Северус, нижняя губа была немилосердно истерзана.

— Мистер Снейп, что-то случилось? — Гарри пропустила студента внутрь.

Тот прошел и сел в глубокое кресло, не поднимая глаз от сложенных на коленях руках. Женщина терпеливо ждала, остро сожалея о невозможности спуститься и заварить чай. Северуса лучше не оставлять одного.

— Декан… как такое возможно? — прошептал неожиданно он. Вскинул лицо с полыхающими щеками, лихорадочно блестящими глазами. — Мы нашли статью про того друида, он спас всю деревню, а его… его назвали приспешником Гриндевальда, который вовремя одумался перед самой смертью. И другие маги… они убивали, казнили, а их называют светлыми, героями! Им даже ордена вручали!

На это женщина лишь печально улыбнулась. Ее и саму считали героиней за убийство. И не одно. Избранная светлая не стеснялась применять пыточные и убивать, когда это было нужно. Вот такая двойная мораль.

Жаль разрушать идеалы подростков, но лучше сейчас, пока они еще юны, пока их психика готова к таким резким переворотам. В дальнейшем, зная упрямство всех троих, их ни за что нельзя будет переубедить.

Гарри расширила кресло и присела рядом, обняла мальчишку за плечи. Тот, как котенок, ткнулся лбом ей в бок, прикрывая глаза. Устал от всех свалившихся на него откровений.

Как объяснить им, что мир — не сочетание белого и черного, он цветной и объемный? Как объяснить им то, что Гарри сама постигла лишь к восемнадцати годам, когда шла умирать в Запретный лес. Когда добрый и светлый волшебник оказался еще тем интриганом. И ведь не получалось даже сердиться на него. Что такое жизнь одного человека по сравнению с сотнями?

Как и в случае того друида. Он знал, что погибнет, что не переживет магического истощения. Как Министерство могло объяснить террор Гриндевальда, когда у них в запасе такие таланты. Ведь был еще и Дамблдор, он-то в конце концов и не выдержал.

Мир — он цветной и объемный. Но как объяснить это детям, Гарри не знала.

— В военные времена никогда нельзя точно различить, где добро, а где — зло. У каждого своя правда, мистер Снейп, и не стоит опираться на эти сведения. Всего лишь запомните, что… каким быть, решает сам человек. Великим ли светлым волшебником, Темным ли лордом во плоти. Это только ваша жизнь и ваш выбор. И не стоит доверять делать его за вас.

Северус кивнул, затем поднял глаза, снова кусая губу.

— Вы ведь… темный маг, декан? — шепотом, словно боясь чего-то, спросил он.