— Полностью с вами согласна. В таком случае, прошу показать мне поместье и сообщить список чар, которые вы хотели бы установить.

Чарльз предложил свою руку Дорее, Гарри последовала в паре шагов сбоку, чтобы не мешать паре и в то же время быть с ними наравне.

В молодости она часто представляла, каким было родовое поместье ее семьи, каким был дом, в котором она могла бы расти, если бы не война. После смерти родителей, Джеймс закрыл поместье. Он не мог оборонять его в одиночку. И пригласить тоже не мог никого — ни Люпин, ни тем более уж Петигрю не смогли бы поддерживать защиту, замкнутую на особых артефактах. Под требования подходил один лишь Сириус, но тот постоянно пропадал на работе. И Джеймс предпочел летний домик, так как его проще защитить, проще уберечь в нем свою беременную жену.

Что было бы, вырасти Гарри в таком доме? С портретами предков на стенах, с бежевыми стенами и ореховыми коврами на полу. С запахом ландышей и перволиста, чьи тонкие нотки ощущала женщина в воздухе.

— Мне нужен непроницаемый барьер, с точками выхода через определенное количество порт-ключей, — тем временем говорил Чарльз.

— На какое именно количество ключей вы рассчитываете? Одноразовые или…

— Или. Мне нужно три ключа. Для меня, моей жены и сына.

— Хорошо. Что-то еще?

Далее последовал список барьеров, Гарри потерла лоб. Половина из них требовала кровных ритуалов, провести которые мог один только глава рода. О чем и сообщила Поттеру-старшему. Тот согласился с требованиями волшебницы, тем более, что Певерелл обещала подробные инструкции.

Работы предстояло непочатый край. И это только в основном поместье. Что уж говорить о Годриковой Лощине, где на домике барьеров кот наплакал? Гарри вздохнула, труда она никогда не боялась. Боялась лишь не успеть до нового учебного года. Ничего, постарается уложиться в срок.

К вечеру они заключили договор, к которому пришли путем многочисленных жарких, хоть и вежливых споров. Ленты обета обвили запястье, говоря, что сделка заключена.

Гарри пообещала себе постараться, чтобы Поттеры остались живы. Она не хотела страданий Джеймса.

23

— … а тут кровная привязка и целая сеть, смотрите! — возбужденно тыкал пальцем Джеймс в пожелтевший от времени кусок пергамента с какими-то чертежами.

Гарри, рассматривавшая в это время старую схему постройки поместья Поттеров, только улыбнулась. У Сметвика в госпитале началась "горячая" пора — наступило время обязательных прививок от сезонных магических болезней и эпидемий, включая драконью оспу. И пусть драконов в Лондоне днем с огнем не сыщешь, предусмотрительность превыше всего. Поэтому с разрешения лорда Поттера, женщина брала Северуса с собой на работу. Вскоре к ним как-то незаметно присоединились Джеймс и Сириус. Гарри дала им задание разыскать описания защиты поместья времен постройки, чтобы ее собственные артефакты и чары не мешали базовым заклинаниям, наложенными предыдущими главами родов.

— Профессор, смотрите! — юные лица сияли от восторга.

Надо же, она и не заметила, как они подросли, вытянулись. Северус круглый год на глазах, в нем эти изменения не так ярко выражены, но Сириуса и Джеймса она не видела толком почти два месяца. А когда встретила — не узнала. Мальчишки вытянулись, загорели, пропала последняя детская припухлость, черты уже начинали обретать свою взрослую завершенность. Сириус и раньше был симпатичным мальчиком, сейчас же угрожал стать красавцем-сердцеедом. Да и Джеймс от него не отставал.

В остальном — еще сущие мальчишки, которым только и нужно, что полазить по чердакам в поисках сокровищ. Правда, вместо сокровищ — старые чертежи, но тут уж кого что интересует.

— Представляете… — тем временем начали возбужденно галдеть ребятишки, перебивая друг друга, подпрыгивая от нетерпения.

Гарри заглянула в пергамент, что же они такое там нашли. И сама чуть не засияла. Это упрощало ее работу в разы. Разумеется, если Чарльз Поттер согласится.

— Вам нужно показать это мистеру Поттеру.

Мальчишки переглянулись и ринулись по коридору к кабинету главы рода. Гарри усмехнулась. И где вся сдержанность аристократов? Она отступает, когда дело касается "сокровищ".

— Вы сумели найти общий язык с Джеймсом и Сириусом, — на пороге библиотеки стояла Дорея Поттер. — Мне самой казалось это невозможным, после того, как им исполнилось десять.

— Юношеский бунт, — понимающе кивнула Певерелл. — У маглов он идет с двенадцати до пятнадцати лет, когда происходит созревание организма. Но ведь маги опережают по физическому развитию простецов, вот и у вашего сына и племянника это началось чуточку раньше.