Лорд Поттер ушел к себе в кабинет, а Гарри повернулась к студентам.

— Господа, вы проделали отличную работу. Надеюсь, вы не откажете мне в помощи в дальнейшем? Будем с вами готовить материалы и зелья основы для создания порт-ключей.

— Да! — закивал Сириус.

— Представляете, как Лили с Алисой удивятся, когда мы им расскажем, что помогали летом изготавливать порт-ключи? — захлебывался эмоциями Джеймс.

— Но сначала надо поесть, — прервала восторженные мечтания Гарри. — Прошу спуститься в столовую, не стоит расстраивать леди Дорею.

— Да, профессор, — прозвучало слаженно, и мальчишки умчались мыть руки и приводить себя в порядок.

— Профессор, вы могли бы промолчать о защите, — Джеймс хрустел яблоком в компании Сириуса, который выбрал персик.

После обеда они перебрались в лабораторию. Гарри взялась за зелье, Снейп — за подготовку ингредиентов. Он резал, крошил, измельчал и краем глаза посматривал на работу преподавателя. В глазах горел исследовательский интерес. Его друзья сели на высокие стулья за соседним столом, чтобы не мешать работе.

— Могла, мистер Поттер, — Гарри поправила выбившийся локон. — Но у меня нет такой привычки. Артефакторы — не торгаши, которым важно продать как можно больше своего товара. Для нас имеет значение цель, а не пути ее достижения. Ваш отец заказал защитный барьер и порт-ключи, а нет ничего лучше кровной защиты, которую к тому же настраивал его предок. Артефакторы не станут работать в ущерб клиенту, никогда. От этого зависит их честное имя. Никто не станет обращаться к Мастеру, который предпочитает наживу, а не свое ремесло.

Джеймс склонил голову.

— Прошу прощения, профессор.

Гарри хмыкнула.

— Ничего страшного, мистер Поттер. Прошу учитывать на будущее, что профессия Артефактора прекрасно кормит, нам нет нужды пытаться заработать больше предложенного, ставя под угрозу собственную репутацию. В Артефакторике, как и в других ремеслах, имя волшебника значит очень много.

— Профессор, — Северус заговорил впервые со времени обеда. До этого он молчал, задумчиво сверля взглядом свою тарелку, находясь где-то глубоко в собственных мыслях. — Вы сказали, что лорду Поттеру нужно будет провести кровные ритуалы. Но ведь это темная магия. Директор Дамблдор говорил, что кровное волшебство относится к Темным Искусствам.

Джеймс и Сириус тоже напряженно ждали ответа. Видимо, вопрос взволновал всех, но заговорить решился только Снейп.

— Не знаю, откуда взял эту информацию директор Дамблдор, — Гарри больше интересовало, когда тот успел пересечься с мальчишками и поговорить на данную тему. И ведь беседа явно была не единичной, больно уж уверенно утверждали студенты о его мнении. — Это похоже на верования маглов в Средние века, когда считали, что волшебники приносят в жертву младенцев и купаются в их крови.

Мальчишек передернуло, все трое обладали живым, ярким воображением, поэтому картинка встала перед глазами, как живая.

— Как может кровь быть темной или светлой? Это всего лишь кровь, — пожала плечами Гарри. — Значение имеет лишь сила волшебника. Скажите, что темного в ритуале, который собирается проводить лорд Поттер? Что плохого он сделает и кому навредит тем, что поставит барьер вокруг своего дома?

Типичное предубеждение, которому была подвержена и она сама, причина — недостаток информации. Даже Сириус, выросший среди темных магов, не был посвящен во все подробности Ритуалистики, Защиты, поэтому и делал такие выводы.

Чем и воспользовался директор Дамблдор.

— Кровь, мистер Поттер, мистер Блэк и мистер Снейп, по большей части играет роль привязки и усилителя, в ней наша сила, наша жизненная энергия. Поэтому отдавая ее, мы отдаем часть себя, показываем серьезность намерений. Ритуалы, само колдовство не несет никакого окраса. Та же Авада может быть милосердным спасением, если выпустить его в человека, мучающегося, например, от раны в живот. Или Левиосой можно убить. Так что же, причислять левитацию к темным искусствам? — студенты замотали головами, захихикали. — Главное — чего желает волшебник, когда проводит тот или иной ритуал. Только тогда он приобретает окрас.

— Но ведь есть такие искусства, как некромантия, — не сдавался Снейп.

Упорство, достойное Гриффиндора. И изворотливость Слизерина, потому как мальчик не стал спорить с директором, а спросил у своего декана, так как та уж точно не выдаст его, постарается объяснить так, чтобы он понял.

Гарри присела на высокий стул, расправила складки на платье.

— Вы затронули очень серьезную тему, мистер Снейп. В волшебном мире есть перечень даров, которые стопроцентно относятся к темным силам. Некромантия, малефицизм, демонология, химерология если ее применяет владелец трех предыдущих даров. И есть стопроцентно светлые — целительство, друидизм, огненная магия. Все дело в той энергии, что лежит в основе каждого дара. Смерть и Жизнь. Но они не делают магов изначально плохими или злыми, да и в чистом виде встречаются крайне редко. Последний друид жил тридцать лет назад. Перед своей смертью он успел остановить один из отрядов Гриндевальда, который решил напасть на беззащитную деревушку магов. Он хороший?