Взгляды всего зала были прикованы к ней, пока метрдотель провожал ее к столику. Проходя мимо Ника, она узнала его и остановилась. Она посмотрела на него томно-сексуально и улыбнулась все так же зазывающе-откровенно, как и семь лет назад.

Ник поднялся.

— Мистер Флеминг? — сказала она. — Как видите, у меня отличная память. Вы завтракаете в одиночестве?

— Да.

— Позволите мне присоединиться к вам?

— Буду счастлив.

Метрдотель выдвинул для нее стул.

— Я тоже с вашего разрешения похвастаюсь своей памятью, — сказал Ник. — Вы все еще сидите на своей оригинальной диете из шампанского и икры?

— Да, в икре много витаминов.

Это замечание, в любых других обстоятельствах лишенное всякого смысла, благодаря ее зазывающему голосу показалось чуть ли не приглашением в постель. Ник снова был ослеплен ею. Он сделал заказ. Она сказала:

— Вообще-то я должна была бы не заметить вас сейчас. Семь лет назад в этом же зале вы предложили мне кинопробы, а затем — пуф! Испарились из Берлина. Вы со всеми девушками так поступаете?

— Я был неожиданно вызван по делам. Прошу прощения.

Она улыбнулась:

— О этот загадочный мистер Флеминг! Король военного бизнеса! Мультимиллионер, который заключает тайные сделки с руководителями всех государств мира! Я нахожу это восхитительным. Кстати, что привело вас в Берлин на сей раз?

— Приехал отдохнуть.

Она звонко рассмеялась:

— О да, разумеется! Этот полусонный спокойный Берлин! Удивительно удачно выбранное место для отдыха! Ну раз уж вы на отдыхе, почему бы вам не отдохнуть вместе со мной? Сегодня я даю небольшую вечеринку на вилле самой фрау Хублер в Ванзее! Знаете, это самый интересный дом в Берлине. Владелица виллы — это та женщина, с которой вам непременно нужно познакомиться! Вы придете? Многие из моих гостей — люди киномира. Допускаю, что вы даже узнаете некоторых. Я уверена, что вам очень понравится.

Ник был сама осторожность, но он ничего не имел против того, чтобы немного расслабиться в обществе этой ослепительной женщины. К тому же Магда, бывшая любимой киноактрисой Гитлера — если не считать актеров, сыгравших в «Кинг-Конге», — обеспечивала бы Нику надежное прикрытие на время пребывания в Берлине.

— Спасибо за приглашение, — сказал он. — С удовольствием приду.

— Браво! Я заеду за вами сюда в отель сегодня в девять вечера. У нас будет небольшой ужин и затем… развлечения.

Тон, каким она произнесла последнее слово, обещал и в самом деле большое разнообразие событий на предстоящий вечер.

Он страстно любил Эдвину, но все ее рассуждения насчет двойного стандарта в семейной жизни никогда не производили на него большого впечатления.

Вилла фрау Хублер, расположенная в самом центре чудесного двухакрового сада, была построена шесть лет назад в ныне опальном стиле бохаус. Одной из первых официальных акций Гитлера после его прихода к власти был разгон группы «Бохаус», основанной после мировой войны Вальтером Гропиусом. Двухэтажная, из известняка, вилла была современной и сильно контрастировала с какими-то неровными линиями вильгельминовского стиля, в котором было построено большинство домов в Берлине.

Белый «бенц» Магды затормозил перед крыльцом виллы в половине десятого вечера. Шофер в светлом кителе выскочил из автомобиля, распахнул дверцу, и оттуда показалась Магда в черном вечернем платье и белом боа. За ней из машины вышел Ник в строгом вечернем костюме.

— Фрау Хублер сильно пострадала от огня во время одного несчастного случая много лет назад, — говорила Магда, пока они шли к крыльцу. — Поэтому ей приходится носить вуаль, чтобы скрыть свои шрамы. В Берлине и в других городах она известна как «Дама под вуалью». Вы говорите по-французски?

— Не очень.

— Отлично. По-английски она вообще не понимает.

— А что это, собственно говоря, за заведение?

Она улыбнулась:

— Как, вы не понимаете? Это же дом свиданий, как говорят французы. Но не простой, а самый лучший во всем Берлине. Сам фельдмаршал Геринг здесь частый гость, правда, это держится в большом секрете.

Дверь им открыл мускулистый негр в тесном смокинге. Он тут же отступил на шаг назад, чтобы пропустить гостей. В холле все было очень строго и не было ничего, если не считать низкого столика из стекла и стали, на котором стояла китайская ваза с белыми гладиолусами, и торшера от пола до потолка, который представлял собой пирамиду стальных чашечек, поставленных одна на другую и дающих оригинальное освещение. Магда провела Ника под открытой аркой в большую гостиную, окна которой выходили на озеро. Комната была обставлена по последнему крику моды: современная мебель белого, желтого и стального оттенков. Особое очарование придавал холодный металлический блеск. Застекленные двери, выходившие на террасу, были распахнуты. В дверях спиной к Магде и Нику стояла женщина в воздушном белом платье из шифона. На ней была белая вуаль, а на руках белые лайковые перчатки до локтей.

Больше в гостиной никого не было.

— Фрау Хублер, — сказала Магда по-французски. — Это мой друг Ник Флеминг.

Женщина медленно повернулась к вошедшим. Несмотря на то что тонкая ткань вуали закрывала все ее лицо, Ник чувствовал, что она вглядывается в него. Почему-то ему вдруг стало не по себе.

Примерно с минуту она молчала. Затем Дама под вуалью сказала низким голосом по-французски:

— Я в восторге.

Она еще несколько секунд смотрела на Ника, затем молча повернулась и исчезла на террасе.