Мелайна хихикнула, обвивая вокруг себя одну из рук Джонаха.

— Думаю, мы должны пригласить их.

— Ты тут не главная, — проговорила Кэсси, ее надутые губки все еще были введены в действие, а также взрыв магии и назревающие неприятности.

— Ты явно чуткий и преданный лидер женщин, — сказала я. — И твои волосы выглядят обалденно.

Ее глаза расширились от восторга.

— Вчера вечером я наложила очень качественную маску. Ее порекомендовали тролли.

Конечно же, порекомендовали.

— Если ты будешь не против, мы можем поговорить с Мэллори и Катчером? Или, может, с Джеффом?

— Думаю, да, — ответила она. — Но ты не можешь сидеть с Джеффом.

Женщина должна иметь свои границы.

***

Мы с Джонахом уже сидели на низких подушках, когда из задней комнаты появилась Команда Омбудсмена, их руки были заняты декорациями: цветами, подвесными лампами, дополнительными подушками. Они разместили их под руководством нимф — которые оперативно регулировали их, потому что двое колдунов и оборотень, по-видимому, были неспособны разместить подушки согласно требовательным параметрам нимф.

— Спаси меня, — пробормотала Мэллори, когда поставила орхидею на стол, который нам выделили нимфы. Сегодня вечером на ней была оранжевая туника, ее голубые волосы были разделены на две косички, которые скручивались в пучки на затылке.

Катчер присоединился к нам, и я поразилась, увидев, что он сменил свою обычную саркастическую футболку на рубашку на пуговицах, рукава были закатаны почти до локтя.

— Ты очень хорошо выглядишь, — сказала я, когда он устроил свои длинные ноги с явным дискомфортом.

— Я похож на банкира.

Я не была уверена, что банкир стал бы сочетать рубашку на пуговицах и джинсы с грозно выглядящими черными ботинками, но подумала, что лучше не говорить об этом.

— Несмотря на все твои недостатки, я рад, что ты поправилась. Слышал, ты хорошенько шмякнулась.

— Это была не лучшая ночь, но сейчас я в порядке.

Когда закончила с цветами, Мэллори положила руки мне на плечи.

— Ты уверена?

Я кивнула.

— Сотрясение мозга, пулевое в плечо. Ранее немного кружилась и болела голова, но в остальном я в порядке.

— И подумать только, когда-то ты была полной ботаничкой английской литературы. У Этана, должно быть, случился припадок.

— Он волновался, — согласилась я. — Отрицательный момент в любовных отношениях с вампиршей, которую ты готовил стать воином? Ты волнуешься каждый раз, когда посылаешь ее в бой.

— Это профессиональный риск, — признал Катчер.

— Что ж, — произнесла Мэллори, садясь рядом с нами, — она в одиночку спасла Дариуса Веста из лап злодея.

— Это было не совсем так, но достаточно близко.

— Что будет с Дариусом дальше? — спросил Катчер.

— Мы все еще ждем эту часть.

Подошел Джефф, неся стеклянный теракотовый горшочек с таджином [49] , который пах просто волшебно. Он обычно носил рубашку со штанами-хаки, и сегодня выглядел также.

— Пахнет потрясающе, — сказала я Кэсси, чьи глаза стали большими и остекленели от одного вида Джеффа. Нимфы просто обожали этого долговязого оборотня. Мне нравился Джефф, но их интерес к нему заходил намного дальше обычного «нравится» и был где-то ближе к «околдованные».

Кэсси указала Джеффу на шевроновую подушку через стол и он улыбнулся мне, пожимая плечами.

— Думаю, они боятся, что я наброшусь на тебя, — прошептала я Джеффу, когда Кэсси отошла. — Они знают о Фэллон?

— Они не спрашивали, а я не говорил. Кроме того, у всех них есть парни. — На самом деле это было темой спора в тот первый раз, когда я познакомилась с нимфами. Кэсси и Мелайна ссорились из-за парня, который, основываясь на их споре, не казался достойным ни одной из них.

— Умный мужчина, — заметил Катчер.

Мелайна вернулась к столу, ткань двигалась вокруг нее, пока она шла.

— Пожалуйста, наслаждайтесь своей едой, — сказала она, поставив огромную керамическую тарелку в центр стола. На ней был курган из темного мяса — баранина, как мне кажется — внутри круга из кус-куса. — Но ешьте быстрее. Остальные гости скоро будут.

Она снова ушла.

— Кажется, это столик персонала? — спросила я.

— Им нравится кормить людей, — ответил Катчер. — И это не значит, что они не делят их на касты.