К тому же вампиры насторожились. Если раньше Трисмегиста выпускали на улицу подышать свежим воздухом, то теперь перестали - под предлогом скопления магических машин в пригороде. Он сам-то украдкой выходить мог, укрывшись иллюзией пустоты, но с Коннором выйти было трудно, и никакие магические увёртки не помогали. И старый маг понял, что лучше поднапрячь мозги и найти иной выход. Такой, при котором книги, даже уничтоженные, останутся целыми - во времени и в пространстве. Пусть и заключёнными в мозгах маленького киборга.

На отдельных листах были выписки из других книг, как и предположил Колин.

К счастью, они оказались пронумерованными и представляли собой этапы ритуала, который раз и навсегда по нужному сигналу вводил Коннора в прошлое, где ещё была библиотека. Кроме всего прочего, в конце последнего листа имелась запись, что ритуал Трисмегист сначала опробовал на себе.

Кстати, среди страниц дневниковых записей нашлись страницы, объясняющие, почему Коннор мог легко притворяться тупой машиной - с вампирами, которые его использовали. Предосторожность на всякий случай, чтобы мальчик не погиб: человеческое сознание включалось сразу вместе с паролем, который использовали вампиры, чтобы разбудить в нём киборга.

И физическая подготовка Коннора оказалась на высоте не потому, что была основана на использовании введённых в него машинных деталей, а потому, что в осознанном сне он занимался специальной гимнастикой, придуманной для него Трисмегистом. То есть старый маг сделал всё, чтобы мальчишка выжил в войне не только с магическими машинами, но и со своими невольными хозяевами.

... Коннор сидел за рабочим столом Мики и, застыв, смотрел на стопку отдельных листочков, которые переписал утром Мирт своим чётким крупным почерком под его диктовку из библиотеки.

А братство - сочувственно на него.

Джарри, сидевший напротив, резко сказал:

– Не буду сочувствовать. Ты это уже пережил. Теперь то, что ты узнал, - это твоё прошлое, которого ты был лишён до сих пор. Думаю, тебе надо радоваться. Ведь теперь-то ты знаешь, что было с тобой в течение лет, выпавших из твоей памяти или заблокированных Трисмегистом под осознанный сон. Хотя бы примерно. У нас есть время до завтрака. Попробуешь ввести меня в свою библиотеку?

Мальчишка только вздохнул.

– Но почему он так со мной? Помог бы просто бежать...

– Коннор, ну взгляни ты на это дело с высоты своих нынешних лет, - предложил Джарри.
– Трисмегист знал, что ты сирота. Тебе тогда было еле-еле десять лет. Сумел бы ты в пригороде продержаться хоть пару дней среди магических машин? Один?.. Не думаю. А так Трисмегист решил сразу две задачи. Он дал тебе возможность стать сильным и умным. И он спас книги. Так что... Давай-ка начнём ритуал.

– Почему вы, Джарри?
– ворчливо спросил Бернар, сидевший тут же.
– Мне ничего не грозит, если я первый попробую подвергнуться ритуалу Трисмегиста.

– Вам нельзя, Бернар, - твёрдо сказала Селена.
– Вы единственный, кто знает ветеранов из ордена Белой Стены, хоть и шапочно. А Белостенные нам нужны. Они эльфы-расисты. Только такие сумеют сделать всё, что нужно, с артефактами и книгами, принадлежавшими ранее другим семьям, и вознести свою расу снова на вершины правления в городе. Второй войны - из-за вампиров - я не хочу пережить.

Бернар улыбнулся и пожал плечами. Но в глазах всё ещё горел нетерпеливый огонёк - и Селена поняла старого эльфа: проторит дорогу в библиотеку Джарри - следующим будет он, Бернар.

– С чего начнём?
– вздохнул Джарри.

Уже изучивший бумаги Колр кивнул в сторону, где рядом с гончарным кругом Кама стояло кресло из гостиной.

– С-сиденье для вас-с принес-сли. С-садитесь. Коннор вс-станет позади. Он будет держать нить, за которую вытащит вас-с, если ритуал пойдёт не так.

– В каком-то смысле вам повезло, что Коннор не один, - снова буркнул Бернар.
– Братство будет держать вас за эту нить очень крепко. Леди Селена. Не бояться.

– Хорошо, не буду, - подавляя страх хотя бы в голосе, откликнулась хозяйка места.

Хотя Джарри всего лишь сел в кресло, а позади него встал Коннор, положивший на плечи отца ладони, Селена не могла унять крупную дрожь, пока к ней с обеих сторон, не сговариваясь, не подошли Мирт и Хельми.

На подлокотники кресла, под руки Джарри, положили два пентакля, грубо, на скорую руку, сработанных Микой. Селена знала, что главное не отделка, а знаки и слова, вырезанные внутри каждого из пентаклей. Грубая отделка ритуалу не помешает, потому что слова нужных заклинаний будет произносить дракон...