— Что там будет, Рик? Кто-то нападет на Церковь?

— Нет, это не объявление войны, кое-что похуже. Сказать конкретно я не могу, главное, вооружи парней и посмотри, чтобы случайные патрули не расслаблялись, лишние жертвы ни к чему. И готовься отражать волну за волной — все будет совсем как тогда, на войне.

— Отличные новости, — теперь Старк выглядел ошарашенным.

— Главное, защита для нас.

— Мои парни тебя не тронут, я попытаюсь пройти с заднего хода.

— Операцией будешь командовать ты, здесь без вариантов. Поставь основной народ с первого входа, а сам бери несколько человек, и двигай к заднему, там, где кухни и складские помещения. Нам будет нужно выйти, прыгнуть в машину и уехать. После этого я пропаду, обещаю.

— Ты опять вляпался в долг? Или на мели?

— Я на мели, но это долг.

— Жизнь тебя совсем ничему не учит, друг.

— Не обольщайся. Мы не друзья, господин полицейский. Называй это взаимным уважением.

— Отлично! — покраснел от ярости Старк.

— Замечательно, — ухмыльнулся Рик.

— Ты предупредил меня, и я выполню просьбу. Но как только ты исчезнешь из поля видимости, мы снова откроем на тебя охоту, Рик, и в этот раз помогать тебе я не буду. Считай вечер у Церкви небольшой форой.

— Помнишь, Старк? Три человека, я и еще двое, которые выйдут со мной. Когда я увижу тебя, то подам знак, чтобы ты знал, кого в случае чего выручать.

— Черт с тобой! Поехали! — крикнул Старк напарнику и резким шагом обогнул автомобиль.

Резина скрипнула, из-под шин повалил дым от трения об асфальт. Джип сорвался с места, поднимая волны пыли, и скрылся за первым поворотом.

— Зря ты с ним так. Он же и правда пришел помочь, — подала голос Алиса.

— Может, и зря. Но со Старком иначе нельзя. Я удивлен, как его до сих пор не сожрала система, слишком он добрый.

— Думаю, что добрый он только с друзьями, а не со всеми?

— Возможно.

Рик сплюнул, щелчком отправил на проезжую часть истлевший бычок и направился в дом оружейника. До операции оставалось несколько часов, а четкого плана еще не было.

Глядя, как Алиса набросилась на еду, Рик испытал легкий укол совести. Конечно, воспитание молодой девушки, решившей стать наемницей в столь юном возрасте, наверняка включает в себя тренировку голода, но разве имеет он право на это воспитание? Сам-то Рик мог обходиться без пищи больше суток при обильных физических нагрузках, и особого дискомфорта не чувствовал. В учебке молодому копу рассказывали, что потребность в еде — сугубо психологическая, и на самом деле не имеет ничего общего с потребностями самого организма. Есть поговорка, известная с древних времен — аппетит приходит во время еды. Верно также и обратное — если ты чувствуешь голод, достаточно перебороть его в течение часа, а после ты просто забываешь о желании что-то прожевать, и держись на запасах организма.

Паркус выставил на стол нехитрое угощение — несколько кусков холодного мяса, чашка с красным томатным соусом, в котором кусками плавали неочищенные от шкурки помидоры. На большом блюде фрукты — авокадо, бананы, резко пахнущие кислотой лаймы и апельсины. Небольшая тарелка с кусками свежеиспеченного хлеба. Рик и Юсуф от трапезы отказались, заметив, что не голодны, так как не хотели объедать оружейника. Рой к столу не подошел, так и остался сидеть, развалившись с ногами на небольшом диванчике. Маркес, на удивление Рика, тоже не изъявил желание накинуться на еду, а засел в двух шагах от вампира с парой бананов. Так что все угощение досталось девушке, но смущения она не испытывала, с проворством расправляясь с закусками.

Маркес, доев и выбросив шкурки в мусорное ведро, встал и начал медленно бродить вокруг стен, увешанных оружием. Рик, достав зажигалку, присоединился к пареньку.

— Это все, что придумали люди, чтобы убивать друг друга? — спросил парень, кивнув наемнику.

— Это лишь малая часть. Паркус собирает в основном пистолеты и винтовки, избегая старых образцов револьверов, например. Есть еще полуавтоматика, есть маленькие скорострельные пистолеты-пулеметы. Да и одних видов снайперских винтовок существует больше пятисот видов.

— Зачем так много? Какая разница, чем убивать?

— Если следовать твоей логике, то огнестрельное оружие вообще изобретать не стоило, и войны должны вестись на кулаках и палках. Это вечная проблема меча и щита. Ты изобретаешь хорошее оружие, твой противник — хороший щит. Ты стараешься улучшить характеристики оружия, противник разрабатывает новые способы защиты.

— Бесконечная гонка?

— Можно и так сказать. Но она всегда полезна не только для военных, но и для гражданского населения. То, что придумано военными учеными, часто используется в гражданке. Ту же сотовую связь не изобрели бы, если бы не влияние военных.

— Но ведь это война, это смерть.

— Давай не будем хлюпиками? Война есть обязательное условие развитие человечества. Без войны не было бы эволюции, люди бы расслабились, забыли, что такое чувство опасности. А страх — это отличное средство для роста над собой.

— Ты говоришь так, будто не представляешь жизнь без войны.

— Я военный. И я не могу без войны, хотя лучше всех понимаю ее гадости. Понимаю и принимаю их. Таких как я много, и пока существует человек, без работы мы не останемся. А выводы пусть остаются на плечах философов — это уже их работа.