— Тем не менее, тебе никогда не будет так мерзко, как мне от того, что я слышал из вашей хреновой комнаты в Вегасе.

Пероксид так и не помог. Иногда, поздно ночью, я все равно их слышу.

Я подумываю о лечении. Или гипнозе.

Она всего лишь хитро улыбается.

— То было невероятное утро.

— Какое утро было невероятным? — спрашивает Стивен, когда приносит моей сестре коктейль.

Она смотрит на Стивена так, как двенадцатилетние девчонки смотрят на постер Джастина Бибера.

— Каждое утро с тобой.

Он целует ее в губы.

Я ловлю взгляд Маккензи с другого конца комнаты, подмигиваю ей и киваю головой в сторону ее родителей. Она кивает мне в ответ, и я знаю, что дома у Стивена и Лекси все налаживается. Потом Маккензи говорит мне губами, Так противно.

Я просто киваю.

После угощения, музыка является второй по важности составляющей для успешного свадебного приема. Мы наняли группу из двенадцати участников и ди-джея для песен, которые звучат глупо, когда их исполняет кто-то другой помимо самого исполнителя. Певец на свадьбе — смазливый рыжий — в первый раз представляет нас, как мистера и миссис Дрю Эванс, и когда наши гости поднимаются и хлопают, я веду Кейт на танцпол для традиционного первого танца.

Песню исполняет партнер ведущего — парень с мягким голосом и волосами с проседью. Кейт, которая всегда будет разбираться в музыке лучше меня, выбрала эту песню, но я дал свое окончательное добро.

«I Cross My Heart» [20] Джорджа Стрейта.

Слова, мелодия идеально нам подходят.

И прямо, как в церкви, когда мы кружимся в танце, и я крепко прижимаю ее к себе, тысячи глаз смотрят, как мы уплываем из реальности. Есть только я и она — и это мгновение.

Я смотрю в светящиеся карие глаза своей жены, и напеваю ей слова, которые так много значат:

А Кейт поет мне в ответ:

Это просто нежное до тошноты мгновение, сумасшедшее от любви, никогда-не-происходящее-в-реальности, если бы я увидел это в кино или по телеку, я бы рассмеялся.

Но из-за того, что это реальность — потому что это с нами — это просто бесподобно.

Потом, Кейт танцует с моим отцом под «The Way You Look Tonight» [21] Фрэнка Синатры. Мой старик — классный танцор, и он заставляет Кейт улыбаться и смеяться. В какой-то момент она закашливается от тех слов, что он ей шепчет, и я думаю, что надо не забыть потом ее спросить об этом.

Потом я танцую со своей матерью — под Кенни Роджерса, «Through the Years» [22] . Когда она смотрит на меня, у нее глаза полные слез.

— Мама, не плачь.

Она иронично смеется.

— Ничего не могу поделать. Ты мой мальчик, и я так счастлива за тебя, Дрю.

Мамы — это первые женщины в жизни мужчин, которых они будут любить всегда — по крайней мере, хорошие. Они показывают, как надо и как не надо обращаться с женщиной, которая появляется в их жизни потом. В этом случае мне дико повезло.

Мама продолжает:

— Она подходит тебе во всем. Ты сделал замечательный выбор.

Я смотрю на Кейт, которая стоит рядом со своей матерью и Джорджем — она так прекрасна, что у меня сжимается сердце.

— Да, действительно замечательный, правда? — я целую ее в щеку. — Спасибо, мама. Если бы не ты, я бы никогда не смог завоевать такую женщину, как Кейт.

Когда мы заканчиваем танец, моя мама меня обнимает. Слова больше не нужны.

После этого началась настоящая вечеринка. Свет приглушен, акцентируя внимание на композициях с цветами, подсвеченных свечами. Мы выпиваем, мы смеемся, мы наслаждаемся угощением. Когда Кейт и мне удалось пообщаться с каждым из гостей и поблагодарить их за то, что присоединились к нам в этот особенный для нас день, к нам подходит одна пара.

Билли Уоррен и его жена в крошечном черном платье и на шпильках, которые носят стриптизерши.

Да, они все еще женаты — уже целых шесть дней. Это намного дольше, чем я спорил. Я пожимаю Уоррену руку.

— Рад вас видеть. — Я поворачиваюсь к его темноволосой спутнице. — А когда вы в одежде, еще больше.

Я рассказал Кейт про наш случай в ванне. Она очень смеялась.

Уоррен улыбается.

— Ты не возражаешь, если я потанцую с твоей женой?

Только потому что он назвал ее моей женой, я совсем не возражаю.