Сначала я чувствую ее горячее дыхание на своем члене. Потом меня обволакивает вожделенная влага — и я клянусь, у меня перестало биться сердце.

Люди, которые считают это неправильным или извращенным, просто не в своем уме. Если бы это было так, мы бы не подходили друг другу так идеально. Мы для этого созданы.

Я впиваюсь пальцами в ее идеальную попку. Крепко ее держу, двигая ее вправо и влево в непростительном ритме, от которого она точно кончит. Мне так сильно этого хочется — почувствовать своим языком, как она, моя жена, пульсирует, вращаясь на моем лице.

Сейчас она совсем не медлит и не дразнит меня своим ртом. Она полностью взяла меня в рот, пока я не почувствовал заднюю стенку ее горла, потом, когда выпускала меня обратно, очень сильно сосала. И так снова и снова, пока у меня не затряслись ноги.

Мы работаем в тандеме, даря и получая самое вожделенное удовольствие. Она мурлычет с моим членом во рту, и эта вибрация приближает меня к крайности. Я чувствую дрожь в позвоночнике, чувствую, как сжимаются яички.

Но я не хочу кончать вот так — не сейчас. Я точно использую такую возможность позже, но в этот первый раз, я хочу быть глубоко внутри нее, когда кончу.

С еще пущим напором, я отыскиваю языком ее клитор. Прижимаюсь к нему, посасываю, потом врываюсь внутрь нее — стимулируя все ее точки наслаждения. Когда Кейт начинает дергаться на мне, когда перестает концентрироваться на моем члене, и вынуждена оторваться от него, чтобы глотнуть воздуха — знаю, что сейчас буду вознагражден за своим действия.

— Дрю, — хнычет она мне в бедро, держась за мою ногу, пытаясь удержаться, потому что вот-вот улетит. Я сильнее хватаюсь за ее попку…

Все. Она летит. Парит. Через нее проходят тысячи блаженных взрывов, когда она кончает мне на лицо и снова и снова выкрикивает мое имя.

После этого, Кейт успокаивается, и ее резкое дыхание щекочет мне ногу. Лизнув ее в последний раз, я убираю ее вялые конечности, чтобы положить ее на кровать и самому оказаться сверху.

Она мне улыбается, выглядит счастливой и ослабевшей от оргазма.

— Это было так здорово… лучше всего.

Я могу только улыбаться, когда по моей груди разливается настоящая мужская гордость.

— Лучше всего… до настоящего момента.

Она поднимает руки и обнимает меня за плечи, ее колени согнуты и лежат у меня на боках.

— Люби меня, Дрю. Займись со мной любовью. Пожалуйста.

Я вхожу своим членом в ее лоно, наслаждаясь ощущением ее горячей влаги.

— Посмотри на меня, Кейт.

Она поднимает на меня свой взгляд, и я клянусь, у меня чувство, что она заглядывает мне прямо в душу. Я вхожу в нее медленно, пока наши тела полностью не прижимаются друг к другу.

Мы связаны очень сильно — любыми мыслимыми способами.

Я отклоняю голову назад и делаю круговые движения бедрами.

— Ты такая мокрая, Кейт… я чувствую… Господи, невероятно.

Так и есть.

В последние пять лет мне все было интересно, станет ли секс с Кейт когда-нибудь скучным. Перестану ли я чувствовать так, будто у меня от перегрузки взорвутся кровеносные сосуды.

Такого еще не было.

Пока меня это волнует, все будет только лучше.

Ее внутренние мышцы сжимаются. Наконец, я начинаю двигаться, вытаскивая свой член из ее божественной киски, потом вхожу в нее снова. Рыча с каждым разом громче.

Я приподнимаюсь так, чтобы видеть. Нет ничего более возбуждающего, чем смотреть, как мой член исчезает внутри Кейт. Если я когда-нибудь ослепну, это будет моей последней картинкой, которую я хотел бы видеть перед тем, как окунуться в темноту.

— Поцелуй меня, Дрю, — умоляет она.

Я наклоняю голову, и язычок Кейт пробегает по моим губам, а потом проникает мне в рот — танцуя с моим языком. Наши бедра двигаются в унисон, набирая скорость и силу. Наши стоны и шепот переплетаются в наших ртах, на нашей коже, на шее и плечах.

Это что-то намного сильнее, чем глубокий секс.

Сильнее, чем физическое проявление любви.

Это на уровне духовности.

Не знаю, есть ли на самом деле рай. И я совсем не уверен, попаду ли когда-нибудь туда. Но если да… там должно быть также. Идеальная гармония с другой душой, окруженная теплом и бесконечным экстазом.

Аминь.

Кейт приподнимает бедра, чтобы встретиться с моими, когда я толчками вхожу в нее снова и снова. От жгучего наслаждения я готов взорваться, но сдерживаюсь — потому что ни за что не хочу кончать в одиночку.

Все, что я могу бормотать:

— Со мной.

Кейт выдыхает:

— Да…

В последний раз вхожу в нее глубже и взрываюсь внутри нее. Перед моими закрытыми глазами все мелькает, и мой чертов разум накрывает невероятное опьянение. Кейт сжимается и трепещет вокруг меня, впиваясь своими ноготками мне в спину.