Я не собираюсь сейчас бежать – не хочу оставлять Мэтта наедине с Дьяволом, мало ли что тот может с ним сотворить, например, воспользовавшись этим своим адским огоньком. Тем более, у меня есть нож, про который вспомнила только недавно, поэтому, в случае чего могу воспользоваться им. Конечно, особого вреда я не нанесу ему десятисантиметровым лезвием из нержавеющей стали, но отвлечь внимание Люцифера от Мэтта смогу.

Когда я потянулась за оружием, осторожно разлепив пальцы друг от друга, и кряхтя от прошитой ладони боли, ангел снял пистолет с предохранителя, затем сделал еще один уверенный шаг к лжецу с большой буквы «Л». Он смотрел на меня таким взглядом, словно ненавидел. Ненавидел за то, что я не уходила? Глупо. Тогда зачем он меня вообще тренировал, показывал, как защищаться в любых ситуациях? Чтобы потом я убегала, сверкая пятками и оставляя его наедине с опасностью? Если так, то где искать смысл того, что он учил меня чему-то? Для какой цели, если на то пошло?

Я бы убежала, если бы Мэтта не было тут. А эта ситуация – совсем другое дело.

— Келин, — уже тише произнес он, переключая взгляд с меня на Люцифера. Его глаза на мгновение задержались на полыхающей руке парня и расширились до невероятных размеров. Это подсказывало, что и он не знал об «уникальной» способности Исчадия Ада. Наверное, именно сейчас Мэтт понял, насколько опасен Люцифер. — Уходи, — вновь велел он.

Я могла бы закатить глаза в ответ на его настойчивость, но был явно не тот момент. Мои руки, дрожа, выудили раскладной нож, и пальцы одной ладони сжали его. Рукоятка прилипла к обгорелой коже, и пронзительный крик мог бы вырваться изо рта, если бы не плотно сжатые губы.

Черт, как же больно!

— Нужно было еще тогда выгнать тебя из машины, — подметил Мэтт, ошарашено глядя на мое жалкое оружие и незаметно качая головой в стороны, как бы этим говоря, чтобы я не делала глупостей. Ну, конечно. Мне как раз попался удачный момент — Люцифер повернулся ко мне спиной полностью, и теперь я мало его заботила. Пока что.

— Ты такой недружелюбный, — расплылся в неказистой улыбке блондинчик, которая, скорее всего, походила на оскал. И когда он успел так быстро позабыть о прежней «роли» и стать самим собой? — А что же тебе мешало, например, выгнать меня еще вчера? М? — его едкий смех, неожиданно ставший противным для ушей, разрезал шелест ветра. — Ах, погоди-ка, я, наверное, знаю, — приложил пламенную руку к подбородку, отчего я замечталась, чтобы весь он загорелся и почувствовал хотя бы немного, как это больно, когда огонь поедает твою плоть. Но так же понимала, что это невозможно – способность Сатаны – не причиняет ему вреда, судя по очевидной картине. — Глупость? Или недостаточное количество извилин в голове?

Мэтт фыркнул, его мышцы на руках напряглись, и я заметила, что он переместил палец на курок, намериваясь в любой момент пустить пулю в лоб придурка. От одного его вида и бросаемого в мою сторону разочарованного взгляда становилось не по себе. Он винил меня. За все. За то, что я, словно наивная идиотка, поверила Люциферу, его россказням и тому, что впустила его тогда в свой дом с абсурдными мыслями и надеждой, будто настоящий Король Ада изменился в лучшую сторону. Разве тот, кто пробыл в Преисподние множество тысяч лет и жаждал все это время мести, мог сказать, что стал поистине другим и не желает расправы, зла, возмездия? Мог сказать, что хочет жить в этом мире, не разрушая и не убивая его обитателей?

Оказывается, нет.

Слова Люцифера были лишь сценарием его очередной постановки. Он лгал. Опять. Какой же я была дурой, веря ему! Ангелы видели его настоящее лицо, не закрытой маской, когда я – наоборот. Они прекрасно знали Люцифера, на какие отвратительные вещи он способен, поэтому тут вполне объяснимо, почему не верили ему и не желали верить. Сомневались во всех его действиях. А я, вопреки всему, не считала его лжецом. Мне хотелось видеть в нем того светлого архангела, который раньше служил и был предан Богу. А когда мои глаза, наконец, открылись на правду, я поняла, что напрасно верила сказкам из уст Короля Ада.

Тогда, исходя из этого, что было не ложью в море вранья? Чему можно было верить?

Я запуталась.

— Я знал, что ты тот еще фрукт, — кинул Мэтт, наклоняя голову немного вбок. — Что ты делал на балконе с Келин?

— Ничего такого, что ты вытворял с ней в ванной, — гнусавым голоском ответил Люцифер, и его улыбка стала в сто раз шире. Я бы могла покраснеть, но много мыслей и боль не давали мне этого сделать.

Ангел резко выдохнул и, прежде чем тот сделал шаг навстречу, выстрелил. Все произошло словно в замедленной съемке: как только вылетела пуля из рения, огонь Люцифера расползся по его телу мгновенно, превратив единственную вещь на нем в пепел, и рука с ярким пламенем взметнулась вверх, оставляя за собой дорожку опасной стихии. То, что могло убить гада или прилично покалечить, попало во владения красных, извивающихся потоков огня и буквально через микросекунду превратилось в жидкую массу черного цвета, которая впоследствии оказалась на холодном полу. Я оцепенела, пораженная невероятной способностью Люцифера. У меня не было времени раздумывать, почему он не воспользовался ей на поле если, например, хотел убить нас тогда, а не оставлять на «десерт», я тупо смотрела за происходящем дальше, не зная, что делать вообще. Мэтт попытал удачу еще раз. И еще. Пули пролетали со свистом по воздуху и, как предыдущие, горячей субстанцией окрашивали бетонный балкон, так и не попав в цель. Где-то послышались визги и крики – люди с соседних номеров, услышавшие это безумие, очевидно проснулись. Было ясно по шуму хлопающих дверей и громких, быстрых шагов, что они стремглав несутся к выходу из мотеля. Отлично. Сейчас кто-то из них наверняка позвонит в полицию, и наша ситуация станет дерьмовее в триллион раз.

— Круто, да? — сам своей способности удивился Люцифер. — Это только часть того, что я умею. Пока это был фокус с повышением температуры огня – мой любимый, между прочим.

Псих!

Когда у Мэтта магазин опустел, ему показалась забавным кинуть уже бесполезный пистолет в Люцифера, но и тот повторил судьбу пуль, расплавившись. Я испугалась, увидев, что у Мэтта теперь нет выхода. Он, естественно, мог бы убежать, но меня по видимости не хотел оставлять здесь. И тут я поняла, что пришел мой черед использовать свое оружие. Конечно, предполагала, что случится с моей жалкой зубочисткой, но все равно, поборов приступы боли в руках, размахнулась и кинула ее в Люцифера. У меня уже был небольшой опыт в метании ножей. В принципе, как и следовало ожидать, мое раскладное средство защиты превратилось в жидкую сталь.

Прекрасно.

Я даже боялась подумать, что станет с человеком, который дотронется до этого огня, если при такой температуре расплавились наши последние средства защиты.

«Прыгай через ограждение! Беги по улице, я тебя потом догоню. В моей сумке осталось немного оружия. Я справлюсь», — слова ангела вызвали по моей коже легкую дрожь. Как он намеривался справиться с Люцифером, если на примере видел, что случилось с его пистолетом и пулями?

Безысходность сотрясала меня с ног до головы. Я не собиралась убегать, но и стоять, ничего не делая – тоже. Я чувствовала себя так, словно стала главной героиней какого-то придурочного фильма, и от меня зависит, какая развязка будет у него.