– Вовсе нет, – ответил Эйс, его голос понизился на несколько октав. – И если бы ты

видел меня прямо сейчас, то понял бы, насколько я соскучился по тебе.

– Серьезно?

– Мхмм…

– И почему это? – спросил я, устраиваясь на диване. Душ может подождать минутку.

Возможно, до тех пор, пока Эйс не раздразнит меня до трепетно–стоящей эрекции.

– Ну, начнем с того, что я без рубашки.

– Оо…мне нравится это.

– Я так и думал, – сказал он. – И я стою на коленях.

Я вздохнул от этого образа и опустил ладонь, прижимая ее к своим штанам.

– Не останавливайся на этом.

– Неа, не собирался. Потому что я окружен….

Мой рот приоткрылся, пока я ждал, что он там собирался сказать, но когда все, что я

получил, – его сексуальное, тяжелое дыхание в ухо, я потребовал:

– Окружен чем?

А затем он рассмеялся и сказал то, чего я не ожидал.

– Дисками, Мечта.

А?

– Я был настолько жалким без тебя, что занялся перестановкой своей DVD–

коллекции. Ты нужен мне здесь…и побыстрее.

– Умоляю, скажи, что ты расставляешь их по размеру?

– Вопреки тому, что ты там думаешь, я не видел весь Голливуд голым. Поэтому, нет.

Прости за разочарование, но они будут расставлены по жанрам, а затем по алфавиту.

Моя ладонь оставила штаны, и я почесал нос.

– Давай кое–что проясним. Ты скучал по мне настолько, что решил, будто перебрать

свой домашний кинотеатр станет хорошей идей? Я бы предпочел мастурбацию в горячей

ванне.

– Я бы предпочел тебя в своей горячей ванне.

– Это больше походит на правду.

– Хорошо. Ты будешь десертом. Хочешь, закажу что–нибудь на ужин? Новый тайский

ресторанчик открылся неподалеку.

Мой желудок зарычал от упоминания о еде.

– Да, замечательно звучит. Если ты закажешь, я могу заскочить и забрать еду по

дороге. Все что угодно звучит замечательно прямо сейчас. Я, блять, с голода умираю.

– Закажу всего по два.

– У меня такое ощущение, что я плохо влияю на тебя. Ты был только на курице и

капусте, когда я познакомился с тобой, а теперь я вынуждаю тебя заказывать тайскую еду. Я

должен извиниться?

– Неа. Думаю, я заслужил несколько «выходных» дней.

– Чертовски верно, заслужил. Особенно после долгого, трудного дня перебирания

дисков, – сказал я, посмеиваясь.

– Ладно, ладно. Я ухожу отсюда уже. Видишь Я не наркоман. Я могу соскочить в

любое время.

Это заставило меня расхохотаться еще сильнее, когда постучали в мою дверь.

– Как скажешь. Эй, кажется, Ллойду из дальней квартиры опять нужен четвертак для

стиралки, поэтому отпусти меня, и я приеду через час.

– Не могу дождаться.

Когда я завершил звонок, снова раздался стук.

– Секунду, старик, дай найти немного мелочи, – сказал я, открывая банку с

четвертаками, которая стояла на столешнице. Еще новое, к чему я привык в ЛА – общая

прачечная с десятком других арендаторов. Я вытащил пару долларов, а затем пошел

открывать дверь. – Вот держи… – мои слова задохнулись в горле, когда я столкнулся лицом к

лицу с женщиной на несколько сантиметров ниже меня.

– Ой, простите, – сказал я. – Я думал, что это кто–то другой. Чем могу помочь?

Губы женщины изогнулись в грустной улыбке.

– Ты не узнал меня?

Слова «а должен?» крутились на кончике языка, но затем я резко сдержал себя, когда

заметил, как ее глаза, такого же морского–зеленого оттенка, разглядывали меня с головы до

ног. Моя рука метнулась к дверному косяку, когда я всмотрелся в нее снова. Светло–

каштановые волосы, того же оттенка, что и мои, а вместо густого макияжа и красной помады,

которые обычно коркой покрывали ее лицо, на ней вряд ли был хоть какой–то сейчас.

– Твою мать, – выдохнул я, когда осознал, что за женщина стояла передо мной. Та, от

которой я сбежал много лет назад. Та, которая зарабатывала на мне деньги, оскорбляла

словами и бросила меня в лого льва, к мужчине, в три раза старше меня, чтобы просто

оплатить аренду.

Бренда лучезарно улыбалась.