– Подожди! Отпусти меня!

Джон останавливается и поднимает на Петира озадаченный взгляд. Лицо его и борода все блестят. И это почему-то не кажется Петиру отвратительным.

Он высвобождается из хватки короля, поднимается на ноги на кровати и становится перед ним, нависая угрожающе.

– Что ты собираешься делать, Петир?

Лорд-протектор собирается восстановить свой статус, иные тебя забери, Сноу!

– Я собираюсь оттрахать тебя в рот. Но не так, как обычно. Становись на колени.

– Не так, как обычно?
– юноша устраивается перед ним и смотрит с любопытством.

– Я собираюсь трахать тебя глубоко, Джон. Хочу достать тебе до глотки. Не уверен, что тебе понравится…

– Мне понравится, - ни тени сомнения в голосе. Может быть мальчик неправ, и к нему всё же вернулись не все чувства, а одно только вот это щенячье обожание?

– Посмотрим. Не вздумай кашлять, закрывать рот и плеваться.

Джон смущенно улыбается. Потом интересуется, озабоченно:

– А если у меня не получится не кашлять? Что мне сделать, Петир?

Лорд Бейлиш ласково гладит его по щеке.

– Запрокинь голову назад, малыш. Посильнее. Распрями шею. Расслабься, не дёргайся, дыши спокойно, и всё получится.

Юный король на коленках, с запрокинутой головой и открытым ртом — вот это уже правильно, это так, как и должно быть.

– Как тебе понравится моё семя в твоей глотке, Джон?
– спрашивает Бейлиш, прежде чем засунуть член ему в рот, - Хотя зачем я спрашиваю? Я знаю, что тебе понравится. Ты моя маленькая послушная сучка, тебе всё нравится.

Он нависает над мальчиком, двигаясь почти сверху вниз, сильно и резко, чувствует, как тот задыхается, но не смеет кашлять. Лицо короля багровеет. А Петир проникает всё глубже, пока не погружается в глотку королю до самого основания. Тогда он останавливается. Медленно вращает бёдрами из стороны в сторону. Мальчик инстинктивно сжимает губы, захватывает его член крепче, слегка царапает зубами, но тут же исправляется.

– Посмотри на себя, Джон. Вот таким я тебя люблю. Вот здесь тебе самое место. Тебе трудно дышать?

Джон даже кивнуть не может в таком положении, поэтому он просто хрипит. Вибрация отдаётся в каждом нерве острым удовольствием, и Петир в шумом втягивает воздух.

– Придётся немного потерпеть, малыш. Я хочу, чтобы ты стонал, слышишь? Держи меня крепко. Сделай мне хорошо, мой мальчик.

Джон не просто крепко держит и стонет, он еще умудряется и языком его ласкать! А потом протягивает руку, на ощупь засовывает её Петиру между ног и нежно обхватывает его мошонку. Бейлиш сильно вздрагивает и ахает от неожиданности. И снова теряет контроль. Расставляет ноги пошире, чтобы мальчику было удобней. Вторая ладонь короля ложится ему на ягодицу. И Петир снова отдаётся рукам юноши и перестаёт играть. Он снова стонет, задыхается и несет вздор. Пока горячая волна наслаждения не накрывает его с головой. Он так наваливается на Джона на ослабших ногах, вжимается в его лицо, что того гляди шею ему сломает! Бьется в конвульсиях, не в силах остановиться, и Джон поддерживает его, твёрдо и нежно.

Но не это самое ужасное. Когда Петир наконец, без сил валится на ложе, а Джон устраивается рядом, поглаживая ему грудь и глядя на него влюблёнными глазами, Бейлиш сам тянется к нему за поцелуем. Как ни крути, приходится признать, что мальчишка влез ему в душу. Со своей покорностью, безотказностью и всепоглощающим обожанием. Такой странной, жадной и одновременно щедрой любви невозможно противиться…

– Мне пора, - говорит Петир, прерывая поцелуй.

– Тебе понравилось?

– Мне понравилось, малыш. Очень понравилось. Ты умница. Ты лучше всех шлюх, которых я встречал в своей жизни. Лучше даже всех моих любовниц. Хотя ты не так умел и опытен…

– Я научусь.

– Я не сомневаюсь. Дай-ка мне вина. Мне нужно хорошенько выпить.

– Меня тоже жажда мучает, - смеётся Джон.

– Я торчу у тебя здесь уже уйму времени. А меня ждет молодая жена. У меня ведь вообще-то брачная ночь сегодня!

– И как тебе твоя брачная ночь?
– дразнит Джон, подавая ему вина.

– Гораздо лучше, чем было, - отвечает Петир, - Дай-ка мне весь кувшин. Я должен напиться. Не могу же я теперь явиться к ней назад трезвым!

Он пьет, обливаясь. Потом начинает быстро одеваться. Джон следит за ним взглядом, сидя на кровати.

– Что ты ей скажешь?

– Скажу, что был у тебя, - ухмыляется Петир, - Я был у её брата, он меня утешал, и мы выпили.

– Это чистая правда, - хихикает Джон.

– Из тебя получилась бы хорошая любовница, Сноу, - говорит Петир, застегивая пряжки дублета.

– Возьмёшь меня?
– Джон улыбается, но бледность, разливающаяся по его лицу, и напряженный взгляд выдают его волнение.

Петир молча застегивает пояс, поправляет ворот дублета…

– Я украл у тебя брошь с пересмешником, - говорит вдруг Джон, - Тогда, перед отъездом.