Запершись в кабинке туалета какого-то магазина, Райэдар сменил одежду. Под пиджак он надел кобуру скрытого ношения, позаимствованную у полисмена. Два других пистолета затолкал под ремень на пояснице.

Теперь следовало избавиться от формы. Для начала беглец спорол нашивки и смыл их в унитаз. Потом вышел из кабинки, — в туалете никого не было, — подержал форму под открытым краном, помял. Открыл встроенный шкафчик в углу, нацепил на стоявшие там швабры. После уборки никто не признает в грязных тряпках бывшую форменную одежду. Затем Райэдар опять заперся в кабинке, принялся изучать следственное дело.

Титульный лист со своей фотографией и паспортными данными он изорвал на мелкие клочки и смыл в унитаз. Начал читать подшитые протоколы свидетельских показаний.

Все друзья, — те, кого он считал друзьями, — дали показания против него.

Райэдар быстро пробегал глазами документы, закипая от негодования. Отдельные строчки, казалось, впечатаются в память раскалённым клеймом предательства друзей навсегда.

Показания свидетеля Микса: «…Они часто ругались. Всё время ругались. Я даже не удивляюсь тому, что произошло. Это сделал Райэдар. Знаете, ему ведь убить человека… Что взять табличный интеграл».

Показания свидетеля Лега:«…Они только и делали, что ругались. Это он сделал. Точно. С виду тихий, но ведь все слышали, кто водится в тихом омуте?»

— Я ведь думал, что вы мои друзья!.. — потрясённо шептал Райэдар.

Показания свидетеля Антга:«…Я всегда знал, какой он на самом деле!»

«Эти его высказывания!.. Как он ненавидит людей!» «Его взгляд… Как у убийцы». «Он так смотрит на людей. Пристально, как волк…»

— Ублюдки!.. Подлые мрази!.. — хрипел Райэдар, читая протоколы. Такого не ожидал даже, уже потирал левую сторону груди.

Но последний документ, самый главный, на котором и строилась основная часть обвинения, был хуже всего…

Стенограмма показаний свидетеля Димудуса: «В субботу вечером я видел как Райэдар выходил из корпуса „ТЕ“ взволнованный, раскрасневшийся. Вид у него был растрёпанный».

— Ты не мог видеть этого, тварь! — прорычал Райэдар. — Ты, мой лучший друг, ты был в это время дома! Ты был дома!!! Я же звонил тебе, сразу как только вышел из здания «ТЕ», пытаясь успокоиться разговором!

Результаты осмотра места преступления: «В кабинете хорошо заметны следы борьбы. В частности, перевёрнуты два стула, со стола сметены все бумаги и канцелярские принадлежности, часть последних раздавлена. Также обнаружены царапины на дверце шкафа, предположительно оставленные каблуком жертвы в последней стадии борьбы».

— Твари!.. — шипел он, пряча пачку листов в портфель. — Подлые ублюдки!..

Против него не дал показаний только Ромне. Ромне даже не был другом, просто знакомым человеком, которого Райэдар и видел-то раз в месяц.

«Может, про Ромне забыли?» раздумывал Райэдар. Но ведь опросили же жильцов дома, из которого Райэдар съехал пять лет назад. Опросили же тех знакомых, которых Райэдар знал в лицо и не знал по имени. Значит, должны были допросить и Ромне.

Райэдар пожалел, что так мало общался с этим человеком.

Беглец пересчитал все деньги, что имелись в наличии. В портфеле обнаружились пачки иностранных ассигнаций. Вероятно, взятка следователю. Вышло не так уж плохо. Следователь, если бы не умер, разъезжал бы на новой машине.

За покупками далеко не пришлось идти — туалет располагался в супермаркете. Райэдар направился в строительный отдел, купил несколько необходимых вещей, аккуратно уложил в портфель. Рукоятка тонкосверловой дрели немного оттопыривала стенку портфеля, завёрнутые в мягкую бумагу лампочки пришлось уложить сверху. Рядом с бутылочкой жидкости для разведения огня в камине…

Поздно ночью Райэдар взломал армейский магазин. Сумел преодолеть систему сигнализации, срезал замки. Потом прошёл мимо прилавка, на котором были разложены выведенные из строя экземпляры, для ознакомления покупателей. Проник в комнату, где хранилось настоящее оружие — для этого ему пришлось несколько часов потрудиться над металлической дверью, но и её Райэдар, в конце концов, осилил. Он не стал взламывать замок, просто выпилил в стене три участка — два там, где крепились петли, ещё один у замка. Толкнул дверь, и она рухнула, проломила трухлявый пол, взметнув облако щепок и пыли.

Потом Райэдар открыл деревянный ящик, там, проложенные соломой, лежали автоматы. Несколько укороченных моделей он затолкал в сумку, насыпал из картонной упаковки множество рожков к ним. Расковыряв пластиковую коробку, достал оттуда гранаты, пластит. Уложил всё в сумку. Ещё два автомата повесил под плащ, продев рукоятки в подшитые петли. Огромный десантный нож в металлическом чехле прикрепил на пояс. В карман сунул ещё один пистолет.

Уже выходя из магазина, беглец обратил внимание на меч, висящий на стене над прилавком, и доску под ним, с поздравительной надписью: «В честь выхода на пенсию после тридцати лет безукоризненной службы генералу Тахару от подчинённых». Райэдар заинтересовался, снял меч с вбитых в доски колышков, чтобы поближе рассмотреть. Выдвинул наполовину из ножен, провёл пальцем по лезвию, и отдёрнул. Клинок впервые попробовал крови.