Полагаю, маги это тоже понимали. Вот и ещё одна из самых логичным причин того, что я вообще еду учиться, а не имею «учителей на дому». Практика, социализация и возможные придуманные мной планы Фаджа. Я покрутила мысль, поняла, что в этом году в Хогвартсе будет профессор Амбридж, и скривилась, как от зубной боли. Хорошо хоть, к стеклу была повёрнута, никто ничего не заметил. Тётенька имеет зуб на всех магический существ. Магическая ли я тварь? О, с её стороны — безусловно. Но можно ли об этом говорить вслух? Нет конечно, я же «невинная жертва». А нереализованные желания всегда порождают злобу.

С другой стороны, я могла и ошибаться. Амбридж могла бы оказаться не такой стервой, какой я её представляла. Роулинг вообще умела расставлять акценты в своих книгах. Повествование ведётся от третьего лица, бесспорно, но описывается всё как бы от лица Гарри. А значит, и эмоции-впечатления, которые чуть изменяют восприятие, — тоже от Гарри.

— Лора, — задумчиво протянула я, поводя плечами и откидываясь на спинку сидения; настроение было каким-то приподнятым, почти игривым, — спорим, что в наше купе кто-нибудь обязательно «случайно» заглянет? И не раз? И, возможно, даже с наглым заявлением, что они знают, кого тут везут?

— Очень хотелось бы, — серьёзно ответила волшебница, и я заметила, как она прячет палочку в рукав; неужели там какое-то крепление для неё есть? — Но на двери — запирающие чары, а в Министерстве — куча людей, которые дома не умеют держать язык за зубами. Так что спорить я не буду.

— И как бы не половина магов, чьи дети сейчас учатся, именно там и работает. Ещё половина имеет доступ к такой информации — ты не особо секретна, — хмыкнул Чарли. — Турнир куда как больше скрывали, и всё равно большинство знало или догадывалось.

— Какая жалость, меня ценят меньше, чем Турнир, на котором я же и была, — я делано-печально покачала головой. Чарли поддержал мою «печаль», Лора хмыкнула чуть неодобрительно. Я давно заметила, что у неё такие ужимки вызывают недовольство, но если не переходить грань, по краю которой часто ходил Уизли, то всё будет нормально.

Ехали почти полдня. Я вообще не понимала, почему так: поезд не особо большой, некоторые купе наверняка не заняты или заполнены не полностью. Не быстрее было бы отправлять детей камином, тем, который с летучим порохом? Каминов десять, и многочисленной толпы учеников не будет уже через пару часов. А в поезде ехать намного дольше. С этим же вопросом я сунулась к своим сопровождающим. Чарли хлопнул глазами и промолчал, из чего я сделала вывод: не знает и не задумывался. Ламберг пожала плечами:

— Честно говоря, не знаю. Но, возможно, хотят сэкономить. Знать бы точно, сколько стоит топливо для поезда…

— Так его даже покупают? — удивилась я, зная привычку магов просто оглушать магглов или заменять им воспоминания для достижения собственной цели.

— Да, — кивнула Лора. — Иначе опасно. Поезд отходит регулярно, топливо требуется регулярно, магглы бы обратили внимание на такое. Они же не глупцы.

— Дети успокаиваются перед учебой, — сказал Чарли. Я посмотрела на него, и он пожал плечами почти так же, как Лора: — Что? Мне кажется, это наиболее вероятно. На Хогвартсе не экономят, что бы там ни говорили. А так всякие первокурсники и магглорождённые не будут излишне активны.

Вообще, вариант почти возможный. Они же за время, пока поезд едет, смогут найти себе попутчиков, первых друзей-знакомых, понять, что к чему и хотя бы какие есть факультеты. Хотя, нет, ко всем же приходит МакГонагалл и объясняет положение дел, водит по Косому переулку. Я задумчиво прищурилась, почти на сто процентов уверенная, что на Гриффиндоре будет больше всего учеников, а на Слизерине — меньше всего. И на Райвенкло, наверняка, будет мало. Ничего не говорю про то, что умных людей мало, но вот умных и не ленивых… Хаффлпафф, получается, на втором по многочисленности месте? Я подумала и решила, что на факультетах Хельги и Ровены одинаковое количество учеников. Против Хаффлпаффа ведь тоже ведётся агитация, мол, там одни глупые сидят.

О, будет интересно узнать, права ли я.

Когда за окном крепко установился вечер, я проснулась от того, что меня потрясли за плечо. Сонливость слетела почти мгновенно, когда я почувствовала, что поезд тормозит, а за дверьми шумно: студенты явно спешили побыстрее занять места у выхода.

— Приехали, — с видимым удовольствием сказал Чарли.

— Ты же был тут год назад, — откликнулась я. — Я бы свою школу не навещала с таким удовольствием. Вообще бы не навещала. Это же учебное заведение, а не дом родной.

В каноне не раз и не два упоминалось, что Хогвартс для многих учеников был каким-то сакральным, важным местом, почти любимым. Я видела башни, я мельком видела школу изнутри, но всё ещё не могла понять. Да, красиво. Да, атмосферно. Но что в этом замке было такого, что заставляло и Гарри, и Волдеморта, и наверняка многих других учеников — ну не одни же они — любить его? Отсутствие альтернативы? У Тома — Лондон, на который сбрасывают бомбы, у Гарри — нелюбимые родственники, запирающие его вещи и подчас его самого.