— Мистер Фламель, я хотел бы пригласить Вас за наш столик, чтобы разделить трапезу с моей семьей, — приглашающим жестом он указал на уже накрытый стол.

— Спасибо за приглашение, — слегка поклонился я, — но через десять минут у меня назначена встреча в другом месте.

Люциус своего разочарования не выказал ни словом, ни жестом, пожелал всего доброго и удалился, постукивая тростью о пол кафе. Со своего стола на меня уставились пять пар глаз, принадлежащих моим друзьям. Что ж, я служил полной противоположностью Малфоя, но если бы цвет моих волос был белый, то вполне сошел за сына. В глазах Гермионы я прочитал заинтересованность и легкое недоверие, остальные же просто горели любопытством. Рон, заметив интерес Мионы, зло глянул на меня, фыркнул и отвернулся. Я лишь вздохнул и снова опустился на стул. На счет встречи я не соврал — через десять минут я должен быть в Лютном, где мне предстоит урок выслеживания и ведения жертвы в городских условиях, захват и устранение.

–

Жертвой моей оказался безродный пес, покусавший нескольких волшебников. Вести его было тяжело, все время я держался с подветренной стороны, наложив на себя бесшумное заклятие. Несколько раз приходилось оборачиваться котом, чтобы протиснуться под заборами вслед за псиной. Когда Николас удостоверился в правильности моих действий, он дал отмашку, и я устроился на крыше двухэтажного здания, заняв удобную позицию. Встав в тени чердачной двери я наблюдал за ним. Пес ничего не подозревал, с интересом обнюхивал и метил углы окрестных зданий. Когда он замер и приподнял лапу для очередной метки, я нацелился и шепнул «Бомбарда». Бедный песик. Ошметки его тела разлетелись по всей улочке, а кровь окрасила стены красными каплями. Когда я спустился, мой дед все еще посмеивался.

— Гарри, почему именно бомбарда? — удивленно раскинул он руками, указывая на куски мяса и кишок.

— Чтобы не опознали, — сморозил я, приподняв бровь, а дед зашелся новой порцией хохота.

Ничего смешного я в этом не находил, почему именно это заклинание — не мог объяснить. Заклятие попало точно в цель, не задев ни дом, ни брусчатку улочки.

Дед нескольким взмахами руки убрал мое безобразие, очистив улицу полностью.

— А теперь пойдем ко мне, разберем пару устраняющих проклятий с отложенным действием, — предложил, а точнее приказал Николас.

Спорить я не стал, к тому же это бесполезно. Я уже знал что, прежде всего, в гостях у дедушки меня ждет вкусный ужин и ароматный кофе.

========== Часть 15 ==========

Следующим утром меня ждал сюрприз. Посреди гостиной стоял манекен в черной мантии с расшивкой на плечах и высоком воротнике. Судя по размеру — это для меня. Рядом, на маленьком столике, лежал свиток, на вид довольно старинный и ценный. Что все это значит, я не совсем понимал, но то, что мне придется облачиться в это странное одеяние — знал точно. Я подошел поближе и потрогал ткань. Не скажу, что это как-то мне помогло — знатоком тканей я не являлся, единственное, что могу сказать наверняка — это не хлопок, подкладка явно шелковая, как блузка тети Петунии, в которой она часто ходит в церковь по воскресеньям. Под мантией обнаружился черный костюм, напоминающий военную или кадетскую форму. Рядом стояли черные кожаные ботинки, а на них лежали перчатки такого же цвета.

Прикид немного не по сезону, учитывая, что на дворе лето и в подобной одежде можно, если не свариться заживо, то тепловой удар получить точно. Я стоял напротив наряда и размышлял о том, есть ли в магическом мире охлаждающие чары, а если есть, то почему я их не знаю? Насколько могу припомнить — в Норе стоит довольно вместительный шкаф, заменяющий магам холодильник и, готов поспорить, на него накладывались подобные заклинания, а значит и для одежды что-то подобное уже предусмотрели.

— Нравится? — раздался за спиной вкрадчивый голос Николаса.

Вот всегда он так делает — подкрадывается сзади и что-нибудь спрашивает тихим спокойным голосом, от которого по позвоночнику холодок пробегает. Нравится ли мне? Нет! Я вообще не люблю, когда ко мне подкрадываются — это меня нервирует. Еще чуть-чуть и каждый, кто проделает нечто подобное, может схлопотать проклятие отложенного действия, которые я совсем недавно выучил. А на счет одежки — да, определенно нравится, хоть и выглядит слегка старомодно и в готическом стиле, особенно в сочетании с моей внешностью.

— Да, — ответил я, ведь краткость — сестра таланта… или недостатка словарного запаса.

Дедуля счастливо засмеялся и потрепал меня по плечу.

— Я надевал это, когда мне дали мой титул. Стоял в этом одеянии перед самой королевой! — сказал он, многозначительно подняв указательный палец.

— Но Вы ведь выше меня, — посмотрел я на деда и оценил, что любые его вещи мне не в пору.

— А магия на что? Завтрак стынет, идем, — хохотнул он и, качая головой, отправился на кухню, явно думая о том, какой я, в сущности, придурок.

–

Воротник душил нещадно. Приходилось держать идеальнейшую осанку — так хоть как-то можно было дышать. Брюки обнимали тесно, но движений не стесняли, что само по себе чудо. Ботинки жесткие! Я с тоской вспоминал о своих туфлях из драконьей кожи, что так и остались лежать в потайной секции моего чемодана. Зато перчатки оказались мягкими и ощущались как вторая кожа. Мантия развевалась за мной не хуже, чем у профессора Снейпа.

В этот широкий коридор, освещаемый только светом факелов, мы попали через дверь в дедушкином доме. Она ничем не отличалась от остальных, но вот пейзажи за каждой поразительно различались. Эхо разносило наши шаги, пламя слегка колыхалось, отбрасывая от фигур длинные тени. В конце коридора нас поджидала лестница, преодолев которую, мы прошли еще один такой же коридор и поднялись еще по одной лестнице, только уже с деревянными перилами. Таким образом мы попали в большой зал со множеством колонн.