А он ведь и правда нарочно. Девушка поняла, что ему просто нравится её дразнить. И чем дольше она будет беситься, тем позже станет Надеждой. Так что прекратите дуться, Ваше Высочество, и видите себя как взрослая девушка из приличной семьи. Немного напрячься, вспомнить кузину Маргарет, изящно подать руку, вздёрнуть подбородок, расправить плечи и надменно-холодно выдать:

– Благодарю, мистер Сальваторе. Вы очень любезны.

Ответом ей было несколько ошарашенное фырканье. Оценил, значит. Прекрасно. И что дальше?

– Ладно, я понял. – Билли широко улыбнулся. – Больше не буду.

– Я буду следить за тобой.

День прошёл весело. Надежда часто гуляла по городу, но, зачастую ночью, и одна. С Билли гулять было намного веселее. Он комментировал всё, что происходило вокруг, и получалось у него на удивление беззлобно. Наверное, именно таких, как он называют хорошими парнями. С этим проблемы были у всех и всегда. А с количеством кровников семьи Майколсон – особенно. Круг уж очень сужается. Девушка любила свою семью. Отца, маму, сестру, брата… многочисленных кузенов, дядюшек, тётушек, всех их, несмотря на явные завихрении в мозгах. Впрочем, человеку, или не человеку, но проживающему лишь первую человеческую жизнь, никак не понять тех, кто разменял тысячелетие. Надежда и не пыталась. И совершенно не хотела думать об этом сейчас. Вообще-то, девушка, не сказать, что редко влюблялась. Можно даже сказать, что состояние влюблённости было её постоянным спутником, но Билли – совсем другое дело. Надежда смотрела на него и просчитывала, что она знает о сыне своего крёстного. Оказалось – преступно мало, точнее, вовсе ничего. Но раз его воспитывал Стефан, парень не должен испытывать ненависти к её семье. Не должен, по крайней мере. Очень бы хотелось на это надеяться. Но вот что-то он всё же скрывал. Волчица не обладала талантами кузины Адель и не умела вытягивать из людей секреты, но что касалось Билли, чувствовала очень ясно. Как будто на грани сознания звенели туго натянутые нити. Звенели от каждого осторожного прикосновения. Это было странно, это напрягало, и, в какой-то мере, даже пугало. Почему Билли предложил встретиться именно сейчас? Ни вчера, ни завтра, ни неделю назад, ни в самом начале, когда она ещё не закусила удила, и не взялась целью добиться таки этого свидания? Почему она вообще так зациклилась на этом парне? Что в нём такого уж особенного, что она торчит дома, и таскается в бар уже которую неделю? Напарник давно охотиться один, Томми её присутствие уже не нужно, Этта вернулась домой… Так почему она ещё здесь и никак не соберётся уехать? Надежда не сидела столько дома с тех самых пор, как уехала в Академию, а это сколько лет назад было… Сколько вопросов… и ни одного вразумительного ответа.

– Билли, ты… - Надежда так глубоко задумалась, что не заметила, как они оказались за столик в кафе под открытым небом, где-то на другом конце города. – Что-то хотел мне сказать? Ты так красноречиво молчишь, что это точно не просто так. Так что?

– Я возвращаюсь в Бостон, учебный год начинается.

– Когда?

– Через два дня.

– Ладно. – Когда Надежда говорила таким тоном, значит, отступать не собиралась. Но Билли недостаточно хорошо её знал, чтобы понять это. Поэтому ничего странного не заметил, а просто вернулся к болтовне и десерту. А в голове мисс Майколсон зрел многоступенчатый план. Она не привыкла отступать. И не собиралась этого делать. Ни в коем случае. – У тебя отличная причёска. Люблю ирокезы. Особенно с галстуком. Очень стильно.

А в ушах пел охотничий рог.

Дом Майколсонов

– София, я могу войти? – Только один человек в доме называл её Софией, и только его прихода девушка ждала.

– Да, мистер Майколсон.

– Клаус, малышка. А то меня передёргивает, как будто Элайджа за спиной стоит.

– Хорошо… Клаус. Вы…проходите. – Софи перебралась с кровати в кресло и внимательно посмотрела на хозяина дома. Девушка только начала отходить от шока. Столько событий за последнее время… Щёлк… и она стала сиротой. Щёлк ещё раз… и больше нет брата. Щёлк-щёлк и она волк. Да ещё и белый. А значит, самый желанный волк во всём волчьем мире. И за право заполучить тебя, волки готовы рвать глотки друг другу и кому угодно. И вот, всего несколько дней назад Софи была просто сиротой с туманным будущим, а теперь она – тотем клана оборотней в доме короля волков. И вампира – Клауса Майколсона. Когда девушка пришла в себя, Клаус предложил ей сделку. По-другому это назвать нельзя. Гибрид предложил ей остаться в доме, под официальной опекой его и его жены. Полной удочерение, со всеми последствиями. Как то – хороший дом вместо приюта, хорошая школа вместо государственной, хороший колледж вместо работы в закусочной. Прямо он этого не сказал, цепочку Софи построила сама. И Клаус не скрывал, зачем ему это надо. Он хотел, чтобы белая волчица была в его доме. Была тотемом его семьи. И это тоже было более чем понятно. Открыто, без утайки и предельно цинично.

– Ты подумала над моим предложением?

– Да. – Девушка спокойно кивнула. Клаус спрятал улыбку. Интересная девочка. Спокойная, ровная, не истеричная. Руки не заламывает, не рыдает, не причитает о своей несчастной доле. Похожа на Кэролайн в начале их знакомства. Такая же милая и хрупкая. И улыбаться должна точно так же. Хороший ребёнок. – Вы правы…я согласна.

– Хорошо. Завтра утром едем оформлять документы.

– Я с вами?

– Да. Не хочу, чтобы твои поклонники напали на дом, пока меня нет. Будь готова в восемь.

– Хорошо. – Пожала плечами девушка, стараясь сохранять спокойствие. Она старалась держать себя в руках, хотя её начинало ощутимо потряхивать. Какую логическую цепочку не выстраивай, а начинать жизнь заново было страшно. Всё кардинально изменилось. И дороги назад нет и не будет. Всё. Эта страница закрыта. И открывать следующую было жутко страшно. Но… Софи готова была довериться вампиру, которого все боятся. Боятся просто до ужаса. И, наверняка, повод для этого есть. Он и не скрывал. Жуткий, опасный убийца. Но в данный момент он был именно тем, кто никуда не денется. Её биологический отец ушёл из семьи, когда ей было три. Она даже его не помнила. Отчим был не таким уж плохим человеком, или оборотнем, и вырастил её. Но он умер. Как и мама. Как и Дерек. Все уходили из её жизни. – Я буду готова.

– И ещё одно… Генри не должно быть в твоей спальне после 23-00.

– Не волнуйтесь, его не будет. Обещаю.

– Отлично. Он стоит за дверью.

– Знаю. – Девушка позволила себе улыбку. – Он всегда там.

Генри вошёл в комнату через минуту после Клауса.

– Всё в порядке?

– Твой дядя удочеряет меня. Так что мы с тобой станем одной семьёй.

– Я не хочу быть твоей семьёй. – Парень сел на край кровати и взял девушку за руку. – Точно не так. Не кузеном.

– То, что меня удочеряют, не делает нас кровной роднёй. – Софи улыбнулась. Он ей нравился. На самом деле нравился. Рядом с ним было спокойно и хорошо. И, девушка даже могла допустить, что влюбилась в него. Красивый, крепкий, надёжный, если так можно было сказать о подростке. В нём сквозило что-то… непривычное. И дело даже не в акценте, хотя он завораживал. То, как он говорил, то, как двигался, даже жесты. Всё было каким-то… не таким, как она привыкла. Не таким, как парни из её школы. – Генри, ты мне нравишься, правда. Вот только…Сейчас я не могу. Моя жизнь слишком поменялась. Я осталась совсем одна, и… я должна разобраться со своей жизнью. Понять, что с этим делать и как жить дальше. Я понятия не имею, как быть оборотнем. А уж тем более каким-то тотемом. Мне сейчас не до парнем. Совсем. Извини.

– Ничего. – Генри наклонился, чтобы поцеловать девушку, и она коротко ответила. – Мы с отцом будем тут ещё пару недель, а потом вернёмся в Лондон. Скажи, если передумаешь.

– Тебе пора, Генри. Уже поздно. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Софи.

Когда за Генри закрылась дверь, девушка подошла к окну. Ветер трепал занавески, на улице темнело, а завтра должна была начаться новая жизнь. Софи нравилась Кэролайн, нравились их дети, и, кажется, они не против, чтобы она жила здесь. Почему бы не попробовать? Рискнуть, поставить будущее на кон. Всё равно другие варианты намного хуже.