– Я так и думал, – кивнул он, а затем добавил, глядя на Орднера без малейших признаков враждебности: – Я поступил так вовсе не для того, чтобы насолить вам. Или вашей корпорации.

– Но тогда почему? Я ведь на ваш вопрос ответил. Теперь ответьте вы. Ведь вы могли подписать уотерфордский контракт, верно? А дальше была бы уже не ваша забота. Что вам стоило это сделать?

– Не могу объяснить, – ответил он. – Я прислушивался к себе, к своему внутреннему голосу; однако порой случается так, что сам себя не понимаешь. Я понимаю, звучит это дико и неправдоподобно. Но это правда.

Орднер смотрел на него не мигая.

– Что же будет с Мэри?

Он молчал.

– Езжайте домой, Барт, – вздохнул Орднер.

– А что вы хотите, Стив?

Орднер нетерпеливо потряс головой.

– Я выяснил все, что хотел, Барт. Если хотите поболтать еще с кем-нибудь, то ступайте в бар.

– Но что вы от меня хотите?

– Только одного: чтобы вы ушли отсюда и отправились домой.

– Тогда скажите, чего вы вообще от жизни добиваетесь? У вас есть хоть какая-то цель?

– Оставьте меня, Барт.

– Отвечайте! – прогремел он. – Что вам нужно? – Он смотрел на Орднера в упор.

Орднер ответил спокойным тоном:

– Я хочу того же, что и все остальные. Отправляйтесь домой, Барт.

Он ушел не оборачиваясь. И больше никогда в этот дом не приезжал.

* * *

Когда он поехал к Мальоре, опять повалил снег и большинство машин катили с включенными фарами. Щетки на ветровом стекле размеренно двигались взад-вперед, а растаявшие снежинки стекали вниз, словно слезинки.

Уже привычно оставив машину за гаражом, он обогнул его и прошел прямо к офису Мальоре. Прежде чем войти, посмотрел на свое отражение в стеклянной дверной панели и смахнул с губы тонкую розовую пленку. Разговор с Орднером здорово выбил его из колеи. Он купил в аптеке склянку пептобисмола и по дороге опустошил ее почти наполовину. Небось, Фред, на неделю теперь запор обеспечен. Однако Фредди дома не оказалось. Должно быть, отправился в Бомбей навестить родню Монахана.

Женщина с арифмометром улыбнулась ему немного загадочно и жестом разрешила войти.

Мальоре в одиночестве читал «Уолл-стрит джорнэл». Увидев его, он через весь стол метко швырнул журнал в корзинку для мусора и буркнул себе под нос, словно продолжая обсуждать что-то с самим собой:

– Черт знает что творится! Верно говорит Пол Харви: все маклеры – просто старые бабы. И когда наконец президент подаст в отставку? Да и подаст ли вообще? Или нет? И разорится ли «Дженерал электрик» из-за энергетического кризиса? Меня уже мутит от всей этой галиматьи.

– Да, – кивнул он, не будучи слишком уверенным, с чем именно соглашается. Он чувствовал себя не в своей тарелке и даже не подумал, а помнит ли еще Мальоре, кто он такой. Что ему сказать? С чего начать? Помните – я тот самый, который вас вчера мудозвоном обозвал? Нет, черт возьми, так нельзя.

– Что, опять снег идет?

– Да.

– Терпеть не могу снег. Вот мой братец каждый год в ноябре отваливает в Пуэрто-Рико и остается там до пятнадцатого апреля. Вот что значит сорок процентов акций местного отеля прихватить. Уверяет, что таким образом присматривает за своими вложениями. Чушь собачья. Он и за собственной задницей присмотреть не в состоянии, даже если ему рулон туалетной бумаги дать. Что вам надо?

– А? – Он даже слегка подскочил от неожиданности и тут же почувствовал себя виноватым.

– Вам ведь что-то от меня нужно, верно? Как я могу вам помочь, если не знаю, о чем идет речь.

Теперь, когда вопрос был задан прямо в лоб, ему вдруг стало трудно говорить. Нужное слово никак не хотело слетать с языка. Внезапно он припомнил одну свою детскую выходку и улыбнулся.

– Чего веселитесь-то? – развязно спросил Мальоре. – Бизнес сейчас в такой заднице, что я тоже не прочь посмеяться над хорошей шуткой.

– Однажды, в далеком детстве, я умудрился засунуть себе в рот йо-йо, – сказал он.

– И что тут смешного?

– Я никак не мог его вытащить – в этом была самая потеха. Хотя мне было не до шуток. Мама отвела меня к врачу, который сумел извлечь йо-йо. Он внезапно пребольно ущипнул меня за задницу, а когда я раскрыл рот, чтобы заорать, ловко выдрал игрушку.

– Я вовсе не собираюсь щипать вас за задницу, – сказал Мальоре. – Что вы от меня хотите, Доус?

– Взрывчатку, – брякнул он.

Мальоре вытаращился на него. Закатил глаза. Раскрыл было рот, но затем хлопнул себя по отвисшей щеке.