— Надеюсь, вы воспользовались возможностью осмотреть усадьбу.

— Да, сегодня утром, во время верховой прогулки. — Голос его звучал отчужденно-вежливо. — Кажется, все в порядке. Завтра утром я намерен вникнуть в дело более детально. Земельный агент Шрусбери приезжает утром в понедельник.

До понедельника оставалось еще три дня. Значит, он пока не намерен уезжать.

— Вы довольны моими успехами по хозяйству?

— Разумеется.

Ей показалось, что в голосе его прозвучала ирония.

— С тех пор как вы поселились в Крез-Холле, имение превратилось в настоящее семейное гнездышко. Единственное, чего не хватает, так это детей, бегающих по всему дому.

Джапоника опустила голову, чтобы он не мог видеть ее лица.

— Ваша честь собирается в скором времени обзавестись собственным потомством, полагаю.

— Что-то в этом роде. — Девлин окинул взглядом ее профиль. Какой она была серьезной и к тому же, несомненно, она только что плакала.

— Но вначале я должен жениться.

— Понимаю. — О, как она все понимала! Лондонская леди! Ну конечно! Как могла она иметь глупость ожидать чего-то другого? Вежливые, но отчужденные расспросы. Разумные, но ни в коем случае не личные подарки. Подарки, которые можно распределить на всех членов семьи. Лондонская леди. Конечно, красавица. Несомненно, получившая хорошее воспитание, образованная, стильная и не запятнанная скандалом.

Джапоника сглотнула вязкую слюну.

— Я надеюсь, сезон был для вас удачным.

— Более или менее.

Что это было: насмешка, приятное удивление или издевка? Нет, она не собирается оставаться терпимой к его издевательствам! Если он надеется, что она пожелает ему счастья в семейной жизни, то пусть забудет об этом!

— Джейми здоров, вы заметили?

— Да. Он растет так быстро, что повергает меня в благоговейный ужас. И именно из-за него я и хотел поговорить с вами.

Джапоника остановилась и резко повернулась к нему лицом.

— Что ты хочешь сказать? — тревожно спросила она. — Девлин достал из кармана сюртука сложенный вчетверо лист.

— Я привез документы, подтверждающие право Джеймса Майкла Эббота на наследование титула виконта Шрусбери. Для того чтобы этот документ мог быть представлен в палате лордов, не хватает только вашей подписи.

Джапоника растерялась только на мгновение. Затем она отступила и покачала головой:

— Ничего не получится. Джеймс не имеет права наследовать.

— Почему нет? Вы признаете меня законным наследником? — осторожно возразил Девлин.

— Признаю.

— Тогда кто мой законный наследник, если не мой родной сын?

Джапоника прикусила губу, прежде чем выдавила из себя:

— Джейми твой незаконнорожденный ребенок.

— Не смейте называть его бастардом. Он родился через девять месяцев после свадьбы и такой же законный сын, как и любой другой, считающийся законным.

Джапоника снова покачала головой:

— Ты крутишь правдой, как хочешь, лишь бы было выгодно тебе.

— Но я всего лишь излагаю факты. Отчего не опустить некоторые детали ради того, чтобы защитить права нашего сына?

— Но тогда вы сами опускаетесь в глазах общества. Сейчас вы полноправный виконт Шрусбери, но, если Джеймса признают наследником титула, все будет обстоять иначе.

Девлин улыбнулся:

— Мне нужен титул, чтобы произвести на вас впечатление?

— Вы знаете, что не нужен!

— Тогда я ничего существенного для себя не теряю. — Он улыбался. — А если вы еще раз выйдете замуж, то не потеряете титула вдовствующей виконтессы Шрусбери.

Джапоника отвернулась и, рассеянно глядя вдаль, на зеленые поля, сказала:

— Я буду помнить об этом, если мне выпадет случай.

— Надеюсь. — Он чуть наклонился и изогнулся так, чтобы его лицо оказалось в поле зрения Джапоники. — Возможно, вам придется вспомнить об этом раньше, чем вы предполагаете.

Джапоника всматривалась в его лицо, ища подвоха.

— Вы готовы отказаться от титула ради моего сына? Готовы сделать это для него?

— Конечно. — Он смотрел на нее с такой нежностью, что она боялась расплакаться. — Он и мой ребенок тоже. Я не хочу, чтобы люди называли его бастардом.

Джапоника покраснела.

— Я понимаю.

«Понимаешь ли?» — хотел он спросить, но решил повременить с вопросом. Он ждал, когда она ему по-настоящему улыбнется.

— Есть и другое объяснение. Я хочу усыновить его. Как мой сын, он унаследует титул и поместье после меня.