Велор тронул ее прохладные руки и согрел их в больших теплых ладонях.

– Ты чувствуешь легкое покалывание в кончиках пальцев? – спросил волшебник.

Иерра кивнула.

– Так и должно быть. Скоро у тебя появится ощущение сродни опьянению – ты слишком долго сдерживала поток магии, и она некоторое время будет переполнять тебя, поэтому будь осторожнее, контролируй свои поступки и свои чувства. Через несколько дней все придет в норму. Мне жаль, что все произошло именно так, если бы я воздействовал на тебя как задумал, все произошло бы безболезненно. Да и Камень подействовал так странно… не нравится мне это.

– А как должен был подействовать? – полюбопытствовала Иерра.

– Никак. Человек, владеющий Камнем начнет постепенно попадать под его влияние, а ты чуть не погибла просто взяв его в руки, – сказал Велор. – Хотя чему я удивляюсь, наши знания о нем весьма поверхностны.

Они сидели некоторое время не разговаривая, думая каждый о своем. Тишину нарушила Иерра.

– В том, что этот ненавистный Камень до сих пор не уничтожен, виноваты сами эльфы, – заявила она.

На лице мага появилось недоумение.

– Разве ты не знаешь историю Сердца Мира? Ты же читала эльфийскую Книгу Жизни. Алмаз оставил себе Нихаир, несмотря на то, что Оларф понял, какое зло он в себе содержит, и настаивал на его уничтожении.

Иерра посмотрела ему в глаза и сказала:

– Вот именно. Не достаточно он настаивал! Он позволил ему оставить Камень, позволил, зная, какая в нем опасность. Что значит одна жизнь, пусть даже жизнь короля, по сравнению с судьбой всего мира?! Вот оно, эльфийское благоразумие!

Жрица с трудом подавила вспышку гнева: в конце концов, это не ее мир, и не ей за него переживать.

Велор прекрасно понимал, что из-за магического всплеска ей с трудом удавалось контролировать свои эмоции, возможно в других обстоятельствах она не сказала бы об этом вслух.

Тем не менее, его сильно огорчили ее слова.

– А что бы сделала на его месте ты? – густые брови волшебника сошлись на переносице. – О, я вижу ответ в твоих глазах, и скажу тебе вот что: сделать подобный выбор совсем не так просто, как тебе сейчас кажется, и я никому не пожелаю подобного испытания, но судьба часто наказывает тех, кто говорит подобные вещи.

Велор глянул на девушку и сердито сверкнул глазами.

– Подумай над этим.

– Чем ты стал заниматься, когда выяснилось, что все остальные жрецы погибли? – интересовался Мевир, прогуливаясь с Астором по берегу реки.

– Сначала долго Иерру искал. Когда через два года нашел, уехал вместе с ней подальше, за море, можно сказать на другой конец света. В том крае проблема была: драконов много развелось. Ну, вот и стал я на драконов охотиться, потому что кроме как мечом махать, да зелья варить ничего не умею больше. Ко мне часто обращались: драконы то на людей в деревнях, то на скот нападали.

– Людей, значит, от драконов защищал? – спросил Мевир. – Похвально. И много осталось драконов не добитых?

– Пока достаточно, но их становится все меньше, – ответил жрец.

Мевир, услышав нотки сожаления в его голосе, решил, что ему показалось.

– Расскажи, с какими тебе приходилось сражаться? – сказал он.

– Огнедышащие, Тихие, Трехголовые, Красивые, в общем, много их всяких, – ответил Астор. – Я разговаривал с Далием, судя по его рассказам, здесь тоже драконы есть, хоть и в малом количестве.

– Да, на них Цейран и Проклятые летают. А из перечисленных тобой, о Трехголовых слышал. Только, вот, точно не знаю, никогда не видел. Ну и какие же из этих драконов самые опасные?

– Ну, вот хоть бы и упомянутый тобой, Трехголовый… – сказал Астор.

– Одну голову отрубишь, а на месте нее другая вырастает, да? – перебил его Мевир.

– Выдумки все это, – рассмеялся Астор. – Этот гад опасен тем, что сообразительный очень. Еще бы – вместо одной головы – целых три. Ты пока один трюк задумаешь, он уже три варианта атаки просчитает. И вообще драконы опасны для обычных воинов по большей части тем, что их одним мечом не убьешь – магия нужна. Выгоднее, конечно, Огнедышашего убить: мне и за то, что его прикончил заплатят, и кровь его мне для приготовления некоторых зелий нужна.

Мевир резко остановился и повернулся к собеседнику.

– Что значит «заплатят»? Ты убивал этих драконов за деньги? – теперь в его глазах читалось недоверие с примесью отвращения.

– А что ты хотел, чтобы я платил? Так сказать, за «редкое удовольствие» убить дракона? – попробовал отшутиться Астор. – Мне и самому на что-то жить нужно было, и Иерру кормить. Мы с ней, правда, еще и зелья на заказ изготавливали, но этого было мало.

Губы Мевира сомкнулись в тонкую, суровую линию, и некоторое время он шел молча.