– Что? – изумился Ицель.

– У нас с ним разговор зашел, я его спросил, кто он и чем он у себя на родине занимается, – Мевир понизил голос. – Он мне ответил, что с тех пор, как их культ перестал существовать, на драконов охотится. А из дальнейших расспросов выяснилось, что не из добрых побуждений охотится, а за деньги.

Мевир сплюнул, и с презрением в голосе продолжил.

– Я с одной стороны уважаю его за то, что прямо ответил, не стал обманывать. С другой стороны сиди и думай теперь, знал ли об этом Оларф, когда нашу компанию собирал. И гадай, если знал, то достаточно ли ему заплатил? А если не знал, то какой у него тут вообще интерес?

– Не говори так, – покачал головой эльф. – Оларфу Астор жизнью обязан, он его практически с того света вытащил. Так что сомневаться в его преданности я не собираюсь. И про девчонку зря ты так. Я видел ее тренировку с Астором. Уверяю тебя, она свой меч не для красоты носит.

– Ну, конечно! – фыркнул Мевир.

Он обернулся и обвел взглядом лежавших, тесно прижавшись друг к другу, Иерру и Астора. Подслушивавшая их разговор девушка едва успела прикрыть глаза.

– Спать так на глазах у всех – неприлично, – добавил он.

– Не вижу в этом ничего предосудительного, – возразил ему Ицель. – Это практично, теряется меньше тепла.

Мевир лишь покачал головой.

Кайнарец шел позади увлеченно разговаривавших Зелена и Астора. Вот уже несколько дней Мевира одолевали тревожные мысли. Он считал, что нести Камень по очереди было не самой хорошей идеей. И уж тем более, такой важный артефакт не должен нести беззащитный ушанг. Постепенно появлялось настойчивое желание быть рядом с ним, чтобы защитить в случае необходимости. В его сознание вгрызалась мысль о том, что пока еще не поздно изменить допущенную Оларфом ошибку.

В те дни, когда ему самому выпадало нести Камень, он чувствовал себя гораздо спокойнее. Он, как и все остальные чувствовал влияние Сердца Мира, но в отличие от них, Мевиру это не доставляло ни малейшего дискомфорта. Он был уверен в том, что никакой артефакт не в состоянии повлиять на ход его собственных мыслей. Он чувствовал свое превосходство над окружавшими его спутниками: когда Камень находился у него, то способствовал приливу сил и бодрости. В его душе не было никакого страха перед злой магией этого Камня. Напротив, он находил некоторые свойства весьма полезными.

– …есть и психоактивные зелья, – сказанная Астором фраза вывела воина из состояния задумчивости. – «Улыбка неба», например.

Необычная тема привлекла внимание Мевира, и он с интересом вслушался в суть разговора.

– Вообще-то, они жрецам нужны не для того, чтобы наслаждаться наркотическим опьянением. Они помогают раскрепощать сознание и входить в особое состояние, в котором мы можем «видеть», – продолжил Астор.

– Ты имеешь в виду предсказывать будущее? – уточнил Зелен.

– Не только. Можно увидеть события настоящего времени, которые интересуют тебя, но происходят где-то далеко. Можно заглянуть в прошлое.

– Так может, никаких драконов и нет вовсе, а существуют они только в воспаленном зельями воображении? – подколол его Мевир. – А ты невежественных крестьян такими зельями, случайно, не угощал? Может они несут тебе свои деньги, чтобы бы ты избавил их от галлюцинаций?

Кайнарец шутил, но в его фразе присутствовало не дававшее ему покоя ощущение несправедливости.

– Может, и так. Только ты все равно рядом с драконьими пещерами не гуляй. А то когда нападет на тебя вот такая вот галлюцинация – придется тебе от нее своим острым чувством юмора отбиваться, потому что все твое оружие без магии будет бесполезно, – пошутил в ответ Астор.

Иерра шла позади них и с трудом сдерживала нарастающее раздражение. Она еще не забыла подслушанный недавно разговор, и отнеслась к сказанному не так спокойно, как Астор. Она уже давно заметила, что с кайнарцем творится что-то неладное. Вот и сегодня он бормотал себе под нос нечто невнятное, грыз ногти и посматривал в сторону Астора внимательным немигающим взором, слегка прищурив глаза. По правде сказать, такое пристальное внимание воина заслужил отнюдь не жрец, а находящийся рядом с ним Зелен, ведь это была его очередь нести Камень. Иерра, не знавшая об этом, толковала эти взгляды по-своему.

В итоге, копившееся недовольство выплеснулось в конкретные действия, и Мевир запнулся о неожиданно вылезший из земли древесный корень. Здоровенная фигура растянулась лицом вниз на каменистой почве.

Иерра сидела на свернутом одеяле, опираясь спиной о шершавый ствол дерева и грызла яблоко. Погруженная в свои мысли, она скорее спиной почувствовала обжигающий взгляд Астора, чем услышала его бесшумные шаги. Он встал у нее за спиной, скрестив руки на груди. Обернувшись, она встретила колючий взгляд черных глаз: Астор был очень зол.