– Там... туда...

– Па-анятна... А прибрать?

– Ага, да... щас...
– Юлька нерешительно оглянулась в полутьму комнаты.
– Так лампочка... перегорела же... может завтра...
– начала она свой обычный скулёж, но тут в комнате снова резко потемнело. Люда обернулась к двери и отшатнулась, загородившись рукой от бьющего в глаза фонаря.

– Ну всё, залётчицы, - раздался хриплый от злости голос и весьма кровожадно закончил: - вы попали... Затынко, Каминская, а ну - марш ко мне!

А дело было вот в чём. Оказывается с улицы Юлькину дискотеку услыхала комендантша, которая, как раз, делала вечерний обход территории. Она остановилась под окнами, гневно взирая на нарушение режима... и тут началось! Свет во всём здании вдруг задёргался, как паралитик, а там, где только что гремела музыка, проём заискрился весёлыми бело-голубыми сполохами. Комендантша схватилась за сердце. "Гадыны... ну, гадыны..." - причитала она в бессильной ярости, оторопело наблюдая, как на потолке комнаты, хорошо видимом ей снизу, наворачиваются кольца короткого замыкания. А когда свет окончательно погас, комендантша бросилась внутрь, намереваясь кое-кого изничтожить. И теперь этот "кое-кто" мялся перед нею, изображая полное раскаяние. Атмосфера в комендантской была очень неуютная.

– Та-а-ак!
– многозначительно начала комендантша, грозно упершись руками в стол. Она даже садиться не стала, так и нависла над столом, девочками... всем подотчётным ей миром.

– Ну, Вера Кирилловна-а-а!.. Оно само!
– включила "дурочку" Юлька. Но на этот раз её "щенячье" обаяние не помогло.

– Значит так, нарушение режима - ррраз!

– Ну, Вера Кирилловна-а-а! Они на чай зашли!

– Распитие спиртных напитков - два!
– злорадно подхватила мысль комендантша.

– Ну, мы не знали, что они принесут... и вообще, мы же ничего не ломали!

– Нанесение материального ущерба - три!
– тут же продолжила комендантша.
– А это уже - в десятикратном размере. И... будем выселять!

– ЗА ЧТО!!!
– пискнула Юлька.

До этого момента Люда только оторопело наблюдала, как их вышвыривают из дому, но тут не выдержала:

– А за то, подруга, что мы магнитофон включили, а их гнилая проводка нас чуть не убила!
– гаркнула она, потом повернулась к комендантше и, глядя той прямо в глаза, с гробовым спокойствием процедила: - Интересно, что на это скажет пожарная инспекция, а?

Несколько мгновений продолжался поединок глаз: быстро темнеющих Людыных и так же быстро теряющих былую уверенность - комендантши. И тут что-то произошло. Будто Людын отчаянный вызов намагнитил, сгустил между ними воздух. Комендантша смотрела, смотрела, и вдруг, захрипев, начала краснеть лицом.

– О-о-ой, о-о-ой, о-о-ой, - заклинило её, под ошарашенными взглядами девочек.
– О-о-ой, умираю-у-у...

Надо отдать должное Юленьке, она нашлась первая:

– Вера Кирилловна, вам плохо?!

...А Люда в полнейшем ступоре наблюдала, как комендантша собирается отдать концы и ей даже в голову не приходило, что можно что-то сделать. А даже если и приходило, то всё равно никого не заставало дома. Голова была пуста, словно выключена и Люда только таращилась широко открытые глаза, отмечая как Юля метнулась к телефону и вызвала Скорую, и как суетилась вокруг комендантши в ожидании доктора. Как потом появился доктор - симпатичная женщина в белом халате. Как вслед за нею в комендантскую набилось любопытных и всех погнал бородатый дядька санитар. Люду вынесло потоком в коридор и тут, среди суеты и галдежа, она начала потихоньку приходить в себя. А "придя" вспомнила, что их с Юлькой выгоняют из общежития...

– Юлька, я тебя убью, - пообещала она паркету.

В это время дверь открылась и на пороге показалась докторша.

– Не хвилюйтесь, це тльки дАвлення, - объявила она притихшей, в ожидании диагноза толпе.

"ДАвлення?
– удивилась Люда.
– А може "тИснення"? Тьфу, а как же правильно?.."

Но докторша не дала ей доудивляться.

– Хто тут Затинко Камнська?
– поискала она глазами.

– Я! Мы!
– прозвучало одновременно, и из задних рядов робко выбралась Юлька.

– Пройдть, будь ласка, - пригласила докторша и посторонилась.

Юлька сунулась было вперёд, но натолкнулась на мрачный Людын взгляд и резко поскромнела. Поэтому Люда шагнула первой. "А! Правильно будет - "тыск"!" - вдруг дошло до неё, но удовлетворение от собственной грамотности тут же испуганной мышкой юркнуло в ближайшую норку.