"При-хо-дит время,

С юга птицы прилетаю,

Снеговые горы тают,

И не до сна!

При-хо-дит..."

Скрипнула дверь и в проёме показалась Юлькина голова.

– О! Люскин за гитару взялась...
– Но пока Люда решала запустить в неё тапочком или просто презрительно оттопырить губу, та уже ввинтилась в комнату, плюхнулась рядом на кровать и немедленно заскулёжничала: - Сыграй-сыграй-сыграй... ну?!
– и даже начала трясти за локоть, как будто так, в условиях, максимально приближённых к экстремальным, играть удобней.
– Миклуху-Миклуху-Миклуху...

– ...Маклая?
– закончила Люда.

– Ага, ага!..
– подруга отпустила локоть и так вся приготовилась, что Люда прыснула со смеху.

– Ну слушай...
– обижаться на Юльку было себе дороже.
– Из дневника Миклухо-Маклая! Песня о перевоспитании людоедов! Исполняется впервые...
– буркнула Люда напоследок и начала:

"При-хо-дит пле-емя...

Словно птицы налета-ают,

Словно волки набега-ают,

И! Не! До! Сна!

При-хо-дит пле-емя...

Люди головы теря-ают,

Ведь это пле-емя

Любит головы весьма!

Па! Па-бам! Па-ба-па!..

Ут-топись в Атлантике без лишних слов -

Там сейчас нужна подкормка рыбам.

Ил-ли ускачи к макакам без штанов -

С ними будешь весел и здоров!

При-хо-дит пле-емя...

Словно волки набега-ают,

Всё сломают, поваля-ают...

И всех сожрут!

При-хо-дит пле-емя,

Люди головы теря-ают,

Ведь это пле-емя

Люд-доедами зовут!

Сколько гуманизма в супе не ищи -

Там одна морковка и бататы.

Сколько головой об стенку не стучи -

Все равно пойдёшь ты на харчи!

При-хо-дит пле-емя..."

На припеве Юлька начала помогать и дальше они воодушевлённо орали уже на два голоса застольный гимн их группы:

"Стойте, папуасы! И макаки - стой!

Нет у вас причины для волненья.

Жрать своих соседей - это же отстой!

Есть рецептик вкусный и простой.

При-хо-дит пле-емя...

А тут запахи гуляют!

Аппетита нагоняют

В кишках пищат!

При-хо-дит вре-емя...

Людоедство вымира-ает,

Бо не-ту лу-у-учше

Сала, хлеба и борща!

Па! Па-бам! Па-ба-па!"...

___ _______

Утро выдалось тяжёлое.

– Юлька, вставай.

– М-м-м...

– Юлька, вставай, бо опоздаем!

– М-м-м... бысовес-с-симе... щас-с...

– Юлька-а-а!!

"...да чтоб тебя приподняло да гэпнуло!"

– Ай!
– Юльку как-то странно передёрнуло и она открыла очумелые спросонья глаза.
– Вста-аю, вста-аю, - Юлечка медленно, как зомби из гроба, поднялась на кровати.
– Чё сразу драться...

"Э-э-э... драться?!
– удивился Людын внутренний голос и сам же ответил: - Ладно, потом разберёмся..."

– Уа-а-ах, - душераздирающе зевнула свеже воскресшая.
– Зала-адила: Юлька, Юлька... Двадцать лет как Юлька. Уже и оттянуться по-человечески нельзя. Э-эх, с такими парнями клёвыми познакомилась! За-айти обещали...
– Она подняла заспанный взгляд куда-то в потолок и мечтательно почухала на голове утренний "одуванчик".
– Ладно, иду уже.

Соседка встала и точно зомби - в короткой прозрачной ночнушке, покачиваясь и подволакивая ноги - побрела в туалет. Который, между прочим, находился снаружи, в тамбуре их двухкомнатного блока... открытом с коридора. Люда проводила её взглядом и только головой покачала - блондинки! А ей ещё предстояло бутерброды собрать.

Она домазывала третий кусок, когда дикий девчачий визг резанул снаружи. Руки дёрнулись и бутерброд радостно упорхнул на свободу... маслом на пол.

"Да шо ж такое!"

Люда как пришпаренная вылетела за дверь и... уже никого не застала. Только Юлечку, самозабвенно визжащую и что-то там у себя прикрывающую, да панически дробный топот в глубине коридора.

– Шо ты орёшь, дура?!

Топот затих вдали, Юлечка затихла рядом.

– Я... я... выхожу, а там - парни...

"Село без сльради!"...

– Юлька, мантэлэпа ты карловна, марш домой, бо придушу ей-богу!

– Иду-у, иду-у...

Не особо разогнавшись, Юленька поплелась обратно в комнату, где сразу направилась к столу и ухватила бутерброд.