Бэйкер молча обдумал услышанное. Потом спросил:

— Скажите, месье Лафонтен, на чем основаны ваши подозрения? Может быть, нам воспользоваться еще чем-то, вновь обнаруженным?

— Увы, нет, — ответил Верховный. — Остальное на уровне догадок, причем таких, о которых лучше не рассуждать вслух даже нам с вами. Во всяком случае, пока ваши поиски не дадут результат.

— Хорошо, — кивнул Бэйкер и встал. — Я могу идти?

— Да, конечно. И еще…

Лафонтен внимательно посмотрел на выжидательно замершего Бэйкера и сказал прохладно:

— Ваша прошлая ошибка стоила нам очень серьезной потери. Если вы допустите промах сейчас, это дело будет в вашей карьере последним.

— Я понимаю, — отозвался Бэйкер. — Я не допущу ошибки.

— Прекрасно. Идите.

Дверь за Бэйкером захлопнулась.

Лафонтен поднялся с места и подошел к окну. Достал портсигар, но закурить не успел — дверь снова стукнула. Он оглянулся.

На пороге стояла Дана.

— Я подставила его? — тихо спросила она.

— О чем вы?

Она пересекла кабинет и остановилась прямо перед ним.

— Я подставила его, верно? Камилла Розье?

Вот так поворот. Она-то откуда это взяла?..

— Но так нельзя! — она чуть не плакала. — Он обошелся со мной нехорошо, но это еще не повод…

— Дана, — прервал ее Лафонтен. Шагнул к ней и, мягко коснувшись ее подбородка, заставил поднять голову. — Что вы такое себе придумали?

Она замерла.

— Я видела запрос, который вы давали в информационную службу. И еще раньше, разные мелочи… А сейчас у вас был Бэйкер! И я…

— И вы решили, что Розье под колпаком из-за неудачного романа с вами? Вы в самом деле считаете меня способным на такую низость?

Она несколько мгновений смотрела на него, распахнув глаза, потом тихонько вздохнула и натянуто улыбнулась:

— Простите… Я растерялась, и мне показалось…

— Это вам только показалось.

— Но он же… на самом деле под колпаком?

— Да. Но не потому, что дурно обошелся с вами.

Она поспешно отодвинулась на шаг и отвернулась, смахивая слезы. Ну вот что ей взбрело в голову и что с этим делать?

— Дана, я не могу объяснить вам всего сейчас. Но со временем вы все узнаете и все поймете.

Она кивнула. Сказала тихонько:

— Извините… — и пошла к двери.

Он посмотрел ей вслед, вздохнул и, снова повернувшись к окну, достал сигарету. Все-таки в Дане он не ошибся…

*

…Он мог наблюдать за ней часами — как она плещется в море, или играет в волейбол, или валяется на песке, перелистывая журнал и жуя яблоко. Просто смотреть, зная, что, нарезвившись, она придет к нему — как случалось теперь каждый раз, когда они проводили время отдыха вместе. А такое бывало во все ее выходные.

Ей нравилось разговаривать с ним, нравилось слушать его. Она любила рассказы об истории городов и мест, где побывала сама, о политических интригах и анекдоты из жизни исторических знаменитостей, благо и того, и другого, и третьего Лафонтен знал предостаточно. И, видимо, ей доставляло удовольствие просто быть рядом.

Как и ему. Даже если просто смотреть на нее издалека и думать о своем.

Какими бы радужными ни были письма Джека Шапиро, Лафонтен им уже не верил и на душе у него было неспокойно. После того, как в срочную командировку в Париж отбыл Двигз Уинстон, Региональный Координатор Австралии, он окончательно лишился покоя. Отъезд Уинстона был срочным и секретным, настолько, что сам Лафонтен узнал об этом случайно и после времени.

Он попытался связаться с Шапиро, но ничего не вышло, Первый Трибун не отвечал ни на звонки, ни на письма. Тут сомнений не осталось совсем — в Париже неладно, и выяснить, в чем дело, нужно как можно скорее.

В то утро Дэниел пришел с докладом в обычное время, но бледный и хмурый, будто после бессонной ночи.

— Известия из Парижа, месье Антуан, — сказал он.

— Да, я слушаю. Что за чертовщина там творится?

— Расследование убийств Наблюдателей закончилось не так радужно, как писал Шапиро, — сказал Дэниел. — Убийца добрался до штаб-квартиры Ордена.

— Что? — медленно выпрямился Верховный. — Как — до штаб-квартиры?! И что?

Секретарь мрачно вздохнул.

— Убиты двое из троих Трибунов и пятеро Региональных Координаторов. Восточная Европа, Северо-Восточная Азия, Африка, Южная Америка, Австралия. Плюс охрана… Всего двенадцать человек. А этот ублюдок скрылся.

— Боже! — Лафонтен встряхнул головой, надеясь отогнать жуткое наваждение. — Но каким образом?

— Здесь все, — тихо сказал Дэниел, кладя на стол тонкую папку. — Сведения не самые полные, но правдивые. Не так уж легко было их получить.