– Ты ничего не портишь, как раз наоборот.

Чейз повернулся и пересадил меня к себе на колени.

– Я не такой герой, как твой брат, - сказал он, заправляя мне за ухо локон волос.

Мои брови сошлись домиком на переносице. Так сильно я нахмурилась.

– Ты это о чем?

– Я не сумел обеспечить Пейтон безопасность, - покачав головой, ответил Чейз.

– Обеспечить безопасность?
– переспросила я. – Но, Чейз, в том, что случилось, нет твоей вины.

– Я был обязан быть с ней.

– Чейз, это безумие, - мягко проговорила я.
– Ты не можешь быть с кем-то двадцать четыре часа в сутки, чтобы защитить его. Не ты вложил нож в руку убийцы. Люди должны брать ответственность за собственную безопасность. Именно поэтому я такая, какая есть. Собственный опыт заставил меня еще больше осознать это.

Чейз пристально посмотрел мне в глаза, словно ища доказательства, что я говорю искренне, и, конечно, нашел, потому что я говорила от чистого сердца.

Кивнув, он нежно поцеловал меня в губы, и я почувствовала, как напряжение покидает его тело.

– Еще нет и пяти, - сказал он, взглянув на будильник на прикроватной тумбочке.
– Почему бы нам не поспать еще немного.

Не знаю, правильно и это было или нет, но мне хотелось заставить Чейза почувствовать себя лучше, отвлечь его от мыслей о печальном прошлом. Мы не могли изменить того, что с ними случилось, но в наших силах было оставить его позади и продолжать жить дальше.

– Не хочу спать.
– Я кокетливо взмахнула ресницами.

– Не хочешь?

Я медленно покачала головой.

– Тогда чем же ты хочешь заняться?
– слегка охрипшим голосом спросил Чейз.

– Возможно, этим.

Я опустила голову и прижалась губами к его груди. Продвигаясь вверх, я облизывала и посасывала его кожу, пока не добралась до подбородка. Мой язык пропутешествовал по его прекрасному рту, и губы оставили легкий поцелуй в уголке его губ.

Повернув голову, Чейз поймал мои губы своими и поцеловал. Этот поцелуй ощущался иначе, чем все другие, что мы разделили: он был более интенсивным, более страстным, более значимым. Если этот поцелуй сравнить с историей, то она рассказала бы о том, как герой спасает девушку, и они вместе уезжают на закат солнца.

Следующий час мы провели, объединяя не только наши тела, но и нечто другое. Первые лучи солнца окрасили комнату в золотой цвет, пока Чейз медленно двигался во мне, то отступая, то устремляясь вперед. Это было так нежно и чувственно, что я поняла, что могу буквально ощущать это тем, чего прежде не касался ни один мужчина, - своей душой.

________________________

Вечером того же дня после второго собрания фокус-группы мы ехали в аэропорт, чтобы вернуться обратно в Нью-Йорк.

После двух проведенных с Чейзом дней, когда мы работали бок о бок, засыпали и просыпались в объятиях друг друга, меня накрыла меланхолия.

Чейз говорил по мобильному с каким-то заграничным производителем, а я, задумавшись, смотрела в окно. Вдруг Чейз закрыл телефон ладонью, наклонился ко мне и, усмехнувшись, указал на большой рекламный щит.

– Не отрицай, ты хочешь туда пойти.

Это была реклама музея «Волшебника из страны ОЗ».

Закончив разговор, Чейз удивил меня, придвинувшись ближе и крепко прижав к себе.

– Ты такая тихая.

– Ты разговаривал по телефону, не хотела мешать, - пояснила я.

– Ты сидела от меня так далеко, как только возможно и, молча, смотрела в окно. Что у тебя на уме, Лютик?

– Ничего. Просто сегодня был долгий день.

– Ты уверена?

Я знала, что не усталость омрачала мое настроение, так зачем же скрывать то, о чем думаю?

– Нет, если честно, - ответила я, поворачиваясь лицом к Чейзу.
– Я действительно думаю кое о чем весь день.

– О’кей, - кивнул Чейз.
– Выкладывай.

– Ну, я наслаждалась временем, которое мы провели здесь вместе.